Можно я побуду еще пару минут глупцом?

Откидываю с ее умиротворенного лица вьющиеся локоны, черные ресницы подрагивают, когда я касаюсь пальцами выраженной скулы, веду по четкой линии подбородка, глажу мягкие губы.

Лиса улыбается во сне, ластится кошкой, прогибаясь в спине… Горячо. Очень…

Со стоном зарывается лицом в подушку, переворачиваясь на живот, и подтягивает одно колено к груди, соблазнительно выставляя округлую задницу, отчего одеяло сползает. Зараза… даже во сне дразнит.

Подцепив пальцами край одеяла, прикрываю ее…

— Жаль, что мы слишком поздно встретились, — тихо произношу я, губы дергаются в невеселой улыбке.

Внутри все орет и требует, чтобы я оставил свой номер телефона, это желание настолько навязчивое, что оно начинает душить.

Но я этого не делаю. Зависнув пальцем на ямочке Венеры, тяжело сглатываю и заставляю себя убрать руку.

Телефон вибрирует в кармане, сбрасываю входящий. Не хочу сейчас никого. Сигарету только. Чтобы успокоить все, что сейчас кипит в груди, шевелится змеей, брошенной на угли. Вот только я не курю, а хочется. Почему-то…

___

Еще одна новинка нашего моба от Чарли Ви

Тайная страсть офицера

Я узнала его сразу.

Он пришёл в дом моего отца как охранник. На самом деле, Арсений Соколов, капитан полиции под прикрытием.

Я могла бы сдать его в ту же минуту, но вместо этого предложила сделку.

Он помогает мне сбежать — я храню его тайну.

Всё просто. Без чувств. Без угрызений совести.

Но когда за мной начинается охота, он без раздумий бросается на мою защиту.

Теперь я понимаю, что самое опасное — это не мой отец, а то, как нас тянет друг к другу.

И как трудно остановиться, когда нельзя даже начинать.

13. Козел обыкновенный

Просыпаюсь от какого-то отдаленного шума. Медленно открываю глаза, несколько раз моргаю, пытаясь разобраться в туманных ощущениях и понять причину моего пробуждения. Кричит кто-то за стенкой. И вам доброе утро.

Медленно выгибаюсь, вытягиваю руки над головой. М-м-м… Хорош… ой… Морщусь. Как все болит-то. Но боль приятная. И тело какое-то неестественно легкое, будто я парю в облаках.

Еще несколько минут нежусь в кайфовых ощущениях, прислушиваясь к своему телу. Где-то тянет, где-то ноет и саднит. Но тоже приятно, на грани, особенно когда я вспоминаю сильные мужские руки, оставившие метки на моей коже. Я не вижу их, но чувствую. И это тоже приятно.

Окситоцинчик шкалит, так и влюбиться можно… Подождите… а в кого? Мне же не могло присниться…

Подрываюсь на месте, наконец выныривая из разнеженного состояния. Тело отзывается еще сильнее, покрываясь мурашками. Провожу ладонями по плечам, обнимаю себя, сумбурно собирая все пазлы в голове.

Слишком все реалистично для сна. Хотя отсутствие «виновника торжества» могло бы заставить меня поверить в сон, но нет.

Накрытый стол с недоеденным ужином и недопитым вином слишком мощная улика, железобетонно подтверждающая существование Волчка. Ушел, да? И как-то тоскливо становится от этой мысли.

«А ты что ждала, завтрак в постель? Наивная!» — издевается внутренняя сучка.

Нет, не завтрак. Я вообще ничего не ждала и, судя по тому, как легко переспала с незнакомцем, и не думала ни о чем.

Жалею? Нет. Ни капельки. И, возможно, даже хорошо, что он избавил нас обоих от утренней неловкости, но все равно грустненько. Не увидимся же больше, а так, может, номерами бы обменялись. И потом как-нибудь… Ой, все!

Потерев лицо ладонями, еще раз осматриваю номер, ловя вспышки порнушных флэшбэков, от которых все сжимается внутри. Оу… Охренеть, Красивая. Нормально так позажигала с незнакомцем. Да и незнакомец оказался огонечек. Но все хорошее имеет свойство заканчиваться.

С тяжким вздохом перевожу взгляд на окно, между штор пробивается полоска света. Пора собираться. А головка-то бо-бо.

Слепо ищу таблетку в чемодане, запиваю водой из бара, после плетусь в ванную, все так лень. На ощупь нахожу зубную щетку, пасту, поднимаю взгляд и отшатываюсь от своего отражения.

Неудивительно, что Волчок сбежал! У меня у самой глаз дергается.

Вместо волос копна соломы какой-то, будто я два пальца в розетку вставила. Подцепляю кудрявую антенну, оттягиваю вниз, на место, но она пружиной снова подскакивает вверх. Мда.

Полноценный душ неизбежен, иначе не видать мне человеческого вида. Жаль, что душем не исправить другое. Засосы! Вот же говнюк! Один на шее, другой на ключице и парочка на груди. Нормально ты так попировал, Волчок. Хорошо, что не сожрал.

Отмахнувшись от соблазнительных эпитетов, чищу зубы, что тоже больно, потому что губы саднит, они даже припухли. С таким питекантропом и ботокс не нужен.

А после залезаю под душ, чтобы исправить свой одуванчик на голове. Но, пока намыливаю волосы, то и дело проваливаюсь в воспоминания, от которых слабеют колени.