На этом его терпение заканчивается и Волк резким движением отрывает меня от пола, снова вынуждая обхватить его талию ногами и ухватиться за плечи.

Не успеваю сделать вдох - он набрасывается на мои губы и, не разрывая импульсивного поцелуя, слепо двигается со мной вглубь номера.

___

Еще одна горячая новинка нашего крутого моба от Олли Серж:

Несвободные отношения офицера

- Ты можешь проваливать! - Рявкает майор. - У меня контракт. Я не могу покинуть часть.

- Тогда я остаюсь!

- Остаться в части может только жена! Или работник! Что ты из этих двух вариантов?

- Жена!

- Ха! Это за гранью фантастики!

- Ты на мне женишься! У Миши… - глотаю подступившие слезы. - У моего племянника будет полная семья!

- Да какая из тебя мать?! Что ты будешь здесь делать? В мехах своих гулять? По плацу? Это не подиум!

- Это не тебе решать!

- Я буду изменять! Никакой семьи не получится!

- Иди к черту, майор! Ребенок плачет…

В прошлом у них не сложилось…«Хамоватый солдафон» и «взбалмошная актриса» - что у этих двоих может быть общего?Но жизнь распорядилась иначе. И теперь майору Мрак придется воспитывать общего ребенка с женщиной, которая его ненавидит всей своей светлой душой...

8. Оболочка

Я не знаю, как он ориентируется в пространстве, но умудряется не уронить нас, даже когда на ощупь срывает с меня сапоги, которые с глухим стуком приземляются на пол, а затем опрокидывается вместе со мной… Сердце срывается в свободный полет.

«Куда?» — панически мелькает в сознании, но тут я утопаю в мягком матрасе, оказываясь сброшенной на него.

Приподнявшись на локтях, сталкиваюсь с клубящимся темнотой взглядом. Он пронзает молнией, и я с тяжелым вздохом облизываю пересохшие губы, наблюдая, как по-мужски Волк выдергивает из брюк края рубашки и срывает ее отточенным движением, то же самое проделывает с ремнем, брюками и боксерами, высвобождая член… весьма внушительный член.

И прямо в этот момент я окончательно шлю все нахер. Я не могу удержать рот закрытым, челюсть опускается, когда я наблюдаю, как его кулак сжимает основание твердой плоти.

Я не девственница, но… кажется, сегодня себя ей почувствую. А потом замечаю в другой руке блестящий пакетик фольги.

И внутри все стопорится.

Я чет не поняла… Приподнимаюсь на руках.

— Ты же сказал, что без резинки? — обескураженно выдыхаю я, пока он как ни в чем не бывало разрывает зубами упаковку и раскатывает латекс по массивной длине.

Не отвлекайся, Красивая!

— Я всего лишь давал нам возможность одуматься.

Чувствую, как меня бросает в жар, в груди становится тесно, а дыхание учащается. Хотя я должна бы обрадоваться презервативу, но прям выбесил! Философ долбаный!

— Одуматься? — закипаю я, вскакивая на кровати. — А знаешь что! Я одумалась. Выметайся! — шиплю на него, с трудом балансируя на мягком матрасе, и рывком указываю на выход. Но он даже не думает слушаться, вместо этого шагает ко мне, выбешивая еще больше. — Ты оглох? Пошел…

Волк делает резкий выпад и подсечкой укладывает меня на лопатки. От столкновения с матрасом из легких выбивает воздух, но я не успеваю сделать даже вдох, как между ног колено продавливает матрас, а в следующее мгновение меня накрывает тяжестью мужского тела.

Я задыхаюсь от возмущения… и не только. Особенно когда тяжелый член касается внутренней части бедра сквозь тонкий капрон.

Часто-часто дышу, позволяя Волку обхватить мой затылок и прохрипеть мне на ухо.

— Не рычи, красивая.

И что-то его «красивая» делает со мной. Возможно, еще больше сбивают с курса раздражения и его губы, которыми он всасывается в мою шею, облизывает горло и прикусывает, зарождая внутри трепетную дрожь предвкушения.

Волк выпускает зубы и царапает ими ключицы, спускается к груди и обхватывает горячим ртом чувствительный сосок… Вот же нахер! Зажмурившись, всхлипываю, выгибаюсь ему навстречу. Становится слишком быстро хорошо, чтобы я поставила крест на своем вечере.

Он переключается на вторую грудь, с рычанием всасывает большую часть себе в рот, одновременно оглушая меня треском разорванных колготок. Это животное действие посылает острый импульс между ног, и я пытаюсь свести колени, но не могу.

Волк не тратит времени, чтобы снять с меня то, что осталось от колготок, даже трусики просто рывком отъезжают в сторону, и я чувствую давление у входа. Дергаюсь.

Надсадно дыша, он расставляет локти по обе стороны от моей головы и запускает руки в волосы, нависая надо мной с напряженным лицом.

— Ты девственница?

— Нет, — выдыхаю рвано. — Но с твоим размерчиком это вряд ли спасет, — произношу с нервным смешком.

И вместо того, чтобы улыбнуться моей шутке, он, абсолютно серьезный, приставляет ко рту свои пальцы, удерживая себя на одном локте, облизывает их, а после протискивает руку между наших тел, чтобы скользнуть ими прямо туда…