— Бокал Пиногриджио, пожалуйста. И можно сразу счет, — выходит нервно, потому что как-то я даже не подумала о вечно бесящем вопросе «кто платить будет?», а учитывая наше многогранное общение, я уж лучше сразу обрублю этот момент.

— Счет один. На меня. Оплата картой, — перенимает он инициативу как ни в чем не бывало.

— Как мило, — курлыкает официантка. — Меню могу забрать?

— Одно оставьте, мало ли моя спутница выберет что-нибудь еще, — благородно отвечает он. Это у него тип только со мной проблемы красноречия?

Официантка сдержанно улыбается, явно не испытывая восторга от «моей спутницы».

Так, хорош, Красивая. Ты че бурогозишь? Она просто делает свою работу.

Официантка уходит и вот мы возвращаемся в нашу молчаливую атмосферу под двести двадцать.

Кладу руки, сцепленные в замок, на стол, постукивая пальцами по костяшкам.

Красавчик напротив как обычно, упражняется в доведении меня до асфиксии одним своим волчьим взглядом.

Давай, Волчок. Не молчи. Я видела, говорить ты умеешь.

Прищуриваюсь, пытаясь перевести весь накал хоть в какое-нибудь русло.

— Расскажешь о себе?

Он хмурит темные брови, опуская взгляд в стол.

— Дай-ка я угадаю. — Задумчиво стучу пальцем по подбородку. — Ты агент ФСБ и тебе запрещено говорить с красивыми девушками, чтобы они не выпытали все твои секретики.

Он коротко усмехается, но веселье быстро сходит на нет, когда он сжимает свои руки на столе, накрыв ладонью кулак второй руки.

— Я не хочу говорить о себе. — И снова его волчьи глаза впиваются в меня. Он прочищает горло: — Что насчет тебя?

Хитрый какой. Улыбаюсь. И мне прям хочется взломать его, как папин сейф в детстве.

Азарт закипает на коже и рассыпается горячими искорками. Ерзаю на месте. Незаметно вбираю побольше воздуха в легкие.

— По-моему, это нечестно, — вкрадчиво заигрывают с ним.

Он кивает.

— Иногда нечестно лучше, чем честно.

Ого… даже так. Ну, это уже что-то.

— Твои волосы. — Он опять хмурится, а я испуганно приглаживаю их, будто он увидел на них паука. — Они больше не прямые…

Пальцы цепляются за пушащиеся концы. Класс. Спасибо, снежок.

— Ах это… ну да, просто от влажности после снега укладка испортилась, — отмахиваюсь, смущенно улыбаясь.

Но его хмурые брови не расслабляются.

— Тебе не нравятся твои волосы?

— Эм-м, да нравятся. Вроде как…

— Тогда зачем ты их выпрямляешь?

Так, ладно. Мы решили поговорить о моих волосах, окей.

— Ну, так у нас у девочек заведено, — хихикаю немного нервно, откидывая волосы за спину. — Прямое завить, кудрявое — выпрямить, длинное — обрезать, короткое — нарастить, ну в общем ты понял.

Нет. Он не понял.

К нам подходит официантка, и я вежливо улыбаюсь, когда она ставит передо мной бокал просекко, но ей до фени на мою вежливость, потому что все ее внимание устремлено на моего Волка. Нет. Мне все-таки не показалось.

Она медленно пододвигает ему кофе, явно не спеша к другим гостям.

— Ваш кофе. Могу я предложить вам корицу? — мурлычет она с улыбочкой невинной девственницы.

Ага, лечи давай, невинная ты наша лань, как будто по твоим винирам и губам, напичканным филлерами, не видно, какие у тебя цели.

Не ведись, Волчок, на эту… Дарью, имя которой я уже с раздражением читаю на бейджике на груди. И эту самую грудь она явно предлагает на десерт к кофе.

— Нет. Спасибо, — вежливо отказывается он, кивая девушке. Слишком навязчивой девушке.

— Тогда может я могу предложить вам что-нибудь другое. У нас большой выбор.

И когда я вижу, как с этими словами она присаживается перед ним на корточки, манерно приготовив планшет к работе, у меня отвисает челюсть.

Вау. А следующим этапом будет отсос под столом, пока он будет листать меню, или что?

Волчок мой тоже немного теряется, натянуто улыбаясь девушке и качая головой.

Администраторам стоило бы обратить внимание на эту даму: для подобных заведений такое откровенное поведение должно быть моветоном.

Особенно с очевидно занятыми мужчинами. Пусть окучивает другой столик, коза!

— Мне тут вообще-то предложение делают, — вырывается из меня, прежде чем я успеваю подумать над другими вариантами.

На Волка не смотрю, надеясь, что он поймет мою импровизацию.

Дарья резко поворачивается в мою сторону, встречаясь со мной таким удивленным взглядом, будто впервые увидела.

Часто-часто моргает, выглядя действительно ошарашенной.

Теперь я улыбаюсь ей, как акула. Прикинь, родная. Облом, да. Давай, давай, гарцуй отсюда, корова с тонкой талией.

— Простите. — Она поднимается, взволнованно убирая прядь волос за ухо. — Я просто…

— И попросите сменить нам официанта, — перебиваю ее немного стервозно. — Если это проблема, позовите администратора.

Невинность слетает с лица официантки, и она высокомерно вздергивает подбородок, отступая назад.

— Никаких проблем. Хорошего вечера.

Дежурная стальная улыбка, и Дарьи и след простыл.

Вбираю полную грудь воздуха и поворачиваюсь к Волку.