— Тут подожду, — сказал Лука, доставая из скрытого бокса увесистую книгу. — Есть у меня один забытый арабский каббалист…

Я открыл дверь и шагнул в приёмную.

Секретарша уставилась на меня в немом изумлении.

А ничего так секретарша, оценил я. Роскошная азиатка с пышным бюстом, который плохо скрывал даже деловой костюм. Пупкин узрел преимущества своего нового положения, хо-хо-хо!

— Вы… — пролепетала секретарша. — Как сюда попали?

— Должно быть, вы новенькая, — улыбнулся я. — Барон Иванов, собственной персоной.

— Здравствуйте, ваше благородие.

— Я ненадолго.

Секретарша начала что-то говорить про плотный график своего шефа, но я уже покинул приёмную и с порога поприветствовал своего директора:

— Гамарджоба, друг мой!

Пупкин обрадовался моему появлению.

— Ваше благородие! Рад, что вы заглянули! Столько всего, столько всего…

— Давай по самым важным пунктам, — перебил я. — Время не резиновое. И я не хочу тебя сильно отвлекать.

Пупкин заговорил.

Прежде всего, он выразил восхищение специалистами, приезжающими из Европы. Добавил, что и русские ребята хороши, даже очень…

— Стоп, — перебил я. — А русские откуда?

— Ну, как откуда, — опешил директор. — Кланы присылают.

— Ты о чём? — я продолжал недоумевать.

— Их официально переводят, — заявил Пупкин. — С рекомендациями, честь по части. Сам в шоке, если честно. Наши конкуренты нам же подгоняют ценные кадры…

И тут до меня дошло.

Князь Трубецкой.

Мы обсуждали тему нехватки специалистов на заводе ещё в то время, когда России угрожала война. Но князь не забыл о своём обещании. Не забыл — это ещё мягко сказано. Вася показал мне список новичков, поведал о каждом. Тут были инженеры из Москвы, Неваполиса и Турова. Из Кракова человек приехал. Из Архангельска. Даже один из бывших коллег Пупкина пожаловал и выразил восхищение тем, что перешёл под крыло такого директора.

Значит, Трубецкой нашёл аргументы.

Договорился.

И теперь вся страна рассчитывает на меня…

Рассчитывает — это ещё мягко сказано. Заказы посыпались из разных уголков империи. Но больше всего — от Эфы. Как я и думал, Трубецкой не верит в миролюбие Атлантического Альянса. И руководствуется известным в моей реальности принципом. Хочешь мира — готовься к войне.

Надо будет при случае поблагодарить Его Сиятельство…

— С валом заказов справляетесь? — уточнил я.

— Конечно, — заверил Пупкин. — У нас значительно выросли мощности. Первая партия сотрудников прошла обучение и уже трудится. Здесь переживать не приходится, ваше благородие! Но я просил вас приехать по другому поводу.

— Вот как? — заинтересовался я.

— «Аресы» завоёвывают рынок, — сказал Пупкин. — И нужно расширять линейку. Конструкторское бюро в настоящий момент работает над более тяжёлой моделью механикуса. Я поставил задачу спроектировать аналог «Бастионов», в создании которых я некогда принимал участие.

— Оборона крепостей, — хмыкнул я.

— Крепостей, фортов и укреплённых городов в мире хватает, — заявил Пупкин. — Туровский завод не способен закрыть эти потребности.

— А наши зарубежные конкуренты? — поинтересовался я.

— Хороший вопрос, — усмехнулся директор. — Производить тяжёлых мехов для наземной обороны непросто. У них выше класс брони, мощнее двигатели, больше запас прочности. Габариты тоже, сами понимаете… В общем, конкурентов немного. В Наска делают «Монолиты», у китайцев — «Черепахи». Партии весьма ограничены. И, как правило, для внутреннего рынка. Это штучный товар, его экспорт запрещён из соображений стратегической безопасности.

— Так и думал.

— Ну, если мы разработаем аналог, то начнётся давление со стороны правящего клана, — добавил каббалист. — Власти наверняка поставят условие, чтобы за пределы России не экспортировать.

— Мы подумаем над их условиями, — кивнул я. — Но вопрос об экспорте буду решать я, не они.

Честно говоря, я уже сейчас придерживаюсь стратегии нераспространения подобных технологий. Особенно в Наска и Европу. Да и Небесный Край с нами дружит до поры до времени. Вот захотят подмять сибирские земли и заграбастать больше ресурсов… Как говорится, тут и дружбе конец, а кто поставлял мехи — тот молодец.

— Так вы одобряете проект? — осторожно поинтересовался Пупкин.

— Конечно, одобряю. В какой стадии находится разработка?

— В зачаточной, — признался директор. — Есть основные наброски, но я бы хотел сделать эту модель лучше, чем у конкурентов. И тут не обойтись без морфистов.

— Ни слова больше, — я достал блокнот с ручкой и сделал соответствующие пометки. — Организуем.

— Вот спасибо! — обрадовался Василий.

— Инициатива наказуема, — хмыкнул я. — Подготовь инструкции. Что искать. А то морфисты у нас, сам знаешь, без высшего технического образования.

— Конечно-конечно.

— Назвали уже проект?

— Пока есть рабочее название, — смутился Пупкин. — «Страж».