— Хм, — проворчал отец с явным неодобрением. — Тебе следовало бы использовать это время для учёбы. Не думай, что только потому, что ты принц, тебя автоматически пропустят на юридический факультет. Ты должен быть примером и поднимать стандарт.

Его любимая мантра. Но я закончил юридический факультет два года назад.

— Я разговаривал с его преподавателями. Несмотря на его выходки, он один из лучших в своём классе, — добавил Артур, кладя руку мне на плечо.

— Быть среди лучших и быть лучшим — это разные вещи. Ты не можешь вечно прикрывать его, Артур, — он снова посмотрел на меня, и я застыл, слишком поражённый происходящим, чтобы что-либо сказать. — Что с тобой? Почему ты молчишь? Юриспруденция выбила из тебя всё шутовство?

Артур слегка сжал моё плечо.

— Гейл? — отец спросил снова, на этот раз с проблеском беспокойства на лице, наклонившись вперёд.

Сглотнув ком в горле, я моргнул и покачал головой.

— Что? Простите, отец. Вы знаете, я всегда дремлю во время ваших лекций. Наконец-то научился делать это с открытыми глазами.

Беспокойство исчезло, сменившись угрюмым выражением.

— Ты всегда обязательно должен быть клоуном?

— Либо клоун, либо король, — пожал я плечами.

— Возвращайся к учёбе и перестань мешать брату, — он махнул рукой, направляясь к своему столу. — Артур, подойди. Сегодня мы будем изучать список лордов. Тебе стоит узнать, кто сейчас входит в их число.

— Конечно, — ответил Артур.

Когда наши взгляды встретились, я увидел печаль в его глазах и понял, что в моих она отражается тоже. Но он сглотнул и почти мгновенно заставил себя улыбнуться. Стряхнув с моих плеч невидимую пыль, добави.

— Наслаждайся, но не слишком сильно. Постарайся извлечь максимум из этого.

— Артур!

— Иду! — Артур отпустил меня и вернулся к столу, вставая рядом, пока отец садился, надевая очки. Просматривая бумаги, он нахмурился.

— Что это? Почему Эдуард Пюри числится управляющим делами? Твоя мать выбрала Винсента. Где он?

Он умер восемь месяцев назад.

— В отпуске, но не обращайте внимания на остальное. Я просто представлял, кто мог бы занять нынешние позиции, — спокойно солгал Артур, забирая бумаги у отца. — Хотел обсудить, что вы думаете.

— Хм, — отец приподнял подбородок, держа бумаги ближе к лицу. — Неплохой выбор. Но не спеши. Твоё время как короля наступит. Не выталкивай меня из кресла раньше времени.

— Я бы и не подумал! — рассмеялся Артур.

— Каждый об этом мечтает... Гейл, ты всё ещё здесь? — отец взглянул на меня поверх очков. — Прекрати слоняться без дела.

— Запасной сын как раз уходит. Простите, что вторгся туда, где меня не ждали.

Шутить на эту тему было больно, зная, что он уже не в своём уме. Я бросил ещё один взгляд на Артура, прежде чем уйти.

— Гейл, ты всегда нужен. Запасной ты или нет. Поэтому не забудь навестить свою мать и сестру перед отъездом, — сказал Артур.

Тяжесть вновь охватила грудь. Я лишь кивнул, закрыв за собой дверь. Всё это было по-настоящему.

Мой отец действительно был болен.

Я понимал, что стоит на кону. Честно, понимал. Но вчера, чем больше я об этом думал, тем сильнее не мог представить, что женюсь на какой-то случайной женщине. Разводы были просты для других дворян, но для королевских особ они возможны лишь при самых крайних обстоятельствах — например, измена или государственная измена. Даже если принц застукает свою жену с любовником, ему всё равно придётся получить разрешение короля и парламента... а затем ещё и убедить народ.

Но мой отец болен.

Боль в груди снова напомнила о себе. Я не хотел ни с кем говорить или кого-то видеть. Не хотел думать. Просто шёл, не замечая окружающего мира, пока не оказался в своей комнате. Надеялся прилечь, но вместо этого обнаружил мать. Она складывала что-то в карман молнии на чёрном чемодане, который я даже не удосужился собрать сам. Камердинеры раскладывали костюмы, рубашки, ремни и обувь на моей кровати.

— Ему может понадобиться пальто. Принесите шерстяные. Карамельное и тёмно-серое подойдут, — распорядилась она.

— Я не могу собрать свои вещи сам? — спросил я.

Похоже, в этом процессе у меня тоже не было права голоса. Артур только что сообщил мне об указе уезжать, но, судя по тому, что она уже здесь, они обсудили это заранее.

Мать удивлённо взглянула на меня, несмотря на то, что это была моя комната.

— Ты разве не был у брата?

Ну, не всё утро. Артур, вероятно, снова меня прикрыл.

— Отец пришёл.

Её лицо на мгновение помрачнело, но она быстро взяла себя в руки, сцепив руки и повернувшись на каблуках.

— Оставьте нас.

Все поклонились сначала ей, затем мне, сделали шаг назад и вышли.

— Как он? — мягко спросила она. — Твой отец.

— Спросил, почему я не в юридическом.

Она закрыла глаза, замерев на месте.

Я подошёл и обнял её за плечи. Аромат лаванды исходящий от неё успокаивал.