— Хватит, — сказала она тихо. — У нас нет времени на отчаяние. Дел слишком много. Мы должны двигаться дальше и закрывать любые пробелы. Ради твоего отца и брата.

Она шмыгнула носом и осторожно вышла из моих объятий.

— Я велела им упаковать несколько твоих любимых вещей. А ещё джинсы и повседневную одежду. Говорят, американцы предпочитают носить что-то простое. Но костюмы пригодятся для официальных мероприятий…

— Мама, ты дышишь?

— Не будь глупым. Конечно, дышу, — ответила она, оглядывая чемоданы. Она дотянулась до одной из моих туфель и смахнула с неё пылинку. — Как думаешь, вернёшься до Рождества?

— Я узнал о своём отъезде всего пять минут назад. Разве моё возвращение зависит от меня?

— Нет, я думаю, что это будет зависеть от того, насколько ты справишься с задачей договориться о свадьбе, — заметила она, пересчитывая вещи.

— Мама…

— Пожалуйста! — выкрикнула она, а потом сдержалась. — Прошу тебя, Гейл, не жалуйся мне. У меня просто нет сил. На плечах каждого сейчас лежит тяжёлый груз. Всем не по себе. Каждый надеется на спасение, но никто не придёт, потому что именно мы должны быть спасителями.

Я замолчал, указывая на кровать.

— Я всего лишь хотел сказать, что на том пиджаке дырка.

Она нахмурилась, взяла пиджак и начала его вертеть в руках.

— Где? Не вижу.

Я подошёл ближе, указав на переднюю часть пиджака.

— Вот здесь, в месте, где твоя красота его прожгла, — сказал я с медленно расползающейся улыбкой.

Она бросила пиджак обратно на кровать и хлопнула меня по груди.

— Ты невозможен! — рассмеялась она.

Я обнял её за плечи, кивнув.

— Да уж, эта женщина явно не представляет, с кем ей придётся столкнуться.

— С красивым принцем, — ответила она с улыбкой, кладя руку мне на щёку. — Это пойдёт нам всем на пользу. Мы решим проблему ещё до того, как наступит третья беда.

— Мама, прошу, не говори этого, — вздохнул я. Ничто меня так не раздражало, как наши суеверия.

— Почему? Ты же знаешь, что у нашей семьи несчастья всегда приходят тройками. Сначала отец, потом деньги…

— Мама, — прошептал я, кладя руку ей на плечо. — Ты королева этой страны. Ты не можешь так думать. Я обещаю сделать всё возможное, чтобы не подвести вас, если ты будешь мыслить позитивно.

Она глубоко вдохнула, плечи слегка расслабились.

— Спасибо, Гейл.

Я кивнул.

— Ах, я забыла сообщить на кухню о ужине. Мы приготовим твоё любимое блюдо перед отъездом, хорошо?

— Благослови вас.

Она вновь рассмеялась.

— Я пойду. Продолжай собираться.

— Хорошо.

Она ещё раз всё осмотрела и ушла.

Дождавшись, ее ухода, я открыл карман чемодана, рядом с которым она стояла, и достал оттуда маленькую бархатную коробочку.

У меня не было выбора.

Они всё уже решили.

Я женюсь.

И они добьются этого любой ценой.

Когда корона чего-то хочет, она это получает.

Все мои протесты были пустой тратой воздуха.

Пора прекращать спорить.

Я просто поеду... и буду молиться Всемогущему Богу, чтобы она не оказалась слишком невыносимой.

Глава 5

Одетт

— В самый мрачный час, в разгар беды, когда всё рушится и остаётся лишь боль, я буду рядом с тобой... нет, давайте ещё раз, с самого начала. Я запуталась, — произнесла я в микрофон.

— Может, сделаем перерыв?

— Нет, — сняв один из наушников, я бросила взгляд на продюсера за стеклом. — Нам нужно закончить эту песню сегодня.

— Ты в порядке?

— Да. А почему ты спрашиваешь?

— Ты как-то... словно не в своей тарелке. И вообще, всё не так уж плохо. Ты просто не попадаешь в ноту, но с небольшой…

— Нет, мы работаем без автонастройки.

— Хорошо, но тебе нужно хотя бы немного дать отдохнуть голосу. Ты же сама недовольна тем, как звучишь.

— И ты тоже не должен быть доволен. Слушать это — всё равно, что пытаться дышать под водой, залитой водкой и солью, — вмешалась моя мать, так изящно и громко высказав своё мнение в микрофон.

Я вздрогнула.

— Мам, я тут работаю.

— Так и работай. Я тебе не мешаю. Правда, ребята? — спросила она у всей студийной команды.

Я сняла наушники полностью, повесила их на стойку и вышла из кабинки в студию. Она сидела, словно сама Розовая Пантера, в обтягивающем кожаном платье цвета фуксии, жуя попкорн.

— Зачем ты вышла, дорогая? Ты же не закончила, — сказала она с той самой наглой уверенностью.

Я прищурилась, уловив в её голосе сладко-приторную нотку. С нашей недавней ночной беседы я всё никак не могла успокоиться. Нет, точнее, я была уверена, что она не оставила свою затею. Однако, она делала вид, будто и не пыталась тайком устроить мой брак с каким-то там принцем.

— Давайте на пять минут прервёмся, — сказала я, обведя взглядом продюсера, звукорежиссёра и агента.

Один за другим они схватили свои телефоны и молча направились к выходу.