– Знаешь, что он делает? – говорит Кора, потягивая бокал розового вина. – Знаешь?

– Делает?

– Он газлайтит тебя.

Я отпиваю из своего бокала пино–нуар, хотя это определённо скорее глоток, чем легкая дегустация.

– Газлайтит меня?

– Определённо! – Её глаза расширяются. – Это так очевидно! Он говорит тебе приехать к нему домой в определённое время, а затем, когда ты приходишь, притворяется, что сказал тебе другое время, и что ты ошиблась. И он действительно убеждает тебя, что это ты была не права, и что ты не можешь следить за своими встречами. Я имею в виду, у тебя когда–нибудь была информация в письменном виде, которую ты неправильно поняла? Например, в тексте?

– Нет… он обычно говорил мне лично или по телефону.

Она торжествующе кивает.

– Как я и сказала, газлайтинг.

– Джереми не стал бы так делать.

– Я не знаю, почему ты его защищаешь. – Она скрежещет зубами. – Он был так ужасен с тобой на протяжении всего этого.

– Вероника даёт ему достаточно поводов, – замечаю я.

– Боже, она такая хладнокровная. – Кора кладёт руку мне на плечо. – Не знаю, кто из них хуже.

– Им манипулируют.

– Наоми. – Она сжимает моё плечо. – Дорогая, я знаю, ты всё ещё любишь Джереми, но он сделал свой выбор. Пришло время двигаться дальше. – Она оглядывает посетителей бара. – Видишь кого–нибудь, кто тебя привлекает?

– Я слишком стара, чтобы знакомиться с парнями в баре.

– Никогда не поздно знакомиться с парнями в баре.

Я просто качаю головой.

– Ладно, ладно. Ну, а как насчёт твоего симпатичного адвоката по разводам?

– Я просто… – Я массирую виски кончиками пальцев. – Я ещё не готова двигаться дальше. Даже если он вёл себя как мудак, я не могу выключить свои чувства к Джереми, как выключатель света.

– Он вёл себя не просто как мудак, Наоми, – говорит она. – Он пытается разрушить твою жизнь и забрать у тебя сына. Ты не должна терпеть это дерьмо от него!

– Да, – бормочу я.

– Завтра, когда у вас будет медиация, – говорит она, – тебе нужно войти в эту комнату с осознанием того, что это война. И довольно скоро твой муж–мудак будет размахивать белым флагом.

Она права. Джереми ужасно вёл себя со мной, и пришло время двигаться дальше. Но было бы гораздо легче отказаться от Джереми, если бы я не думала, что он тоже может быть в опасности.

Глава 29

Сегодняшняя сессия медиации уже лучше предыдущей, потому что она не начинается с того, что я застаю Джереми и Веронику целующимися на парковке.

Как и в прошлый раз, Эзра ждёт меня в коридоре, когда я поднимаюсь наверх. Он одаривает меня той уверенной улыбкой, которую я уже успела полюбить, и я чувствую, как мои плечи расслабляются.

– Цель, – говорит он мне, – договориться о соглашении по опеке, не доводя до суда. Я не думаю, что кто–то из вас хочет дорогостоящего судебного разбирательства.

– Я определённо не хочу этого.

– Хорошо. Потому что, судя по моему офису, у меня и так слишком много денег.

Несмотря на то, что я всё ещё нервничаю, я смеюсь.

– Мы будем поднимать вопрос о наркотической проблеме Вероники?

Он колеблется.

– Только если придётся. Посмотрим, как всё пойдёт.

Мы вместе входим в конференц–зал, и, как и раньше, медиатор Алана Окасио во главе стола, а Джереми и его адвокат – по одну сторону, как будто никто не двигался с прошлого раза. Я снова сажусь напротив Джереми, а Эзра занимает место рядом со мной.

– Итак, сегодня мы хотели бы потратить время на обсуждение соглашения об опеке, – начинает Эзра. – Думаю, мы можем согласиться, что то, о чём просил мистер Рот в прошлый раз, очень экстремально и не обязательно в интересах Теодора.

– На самом деле, – говорит Хардвик, – мы пересмотрели наш запрос с прошлого раза и хотели бы внести некоторые изменения.

Моё сердце немного замедляется. Хорошо, они ведут себя разумно.

– Мистер Рот хотел бы получить полную опеку над Теодором, – продолжает Хардвик. – За последние несколько недель он пришёл к выводу, что миссис Рот не только безответственна, но и её поведение становится всё более нестабильным. Мы считаем, что только право посещения было бы более уместным.

– Что? – Я почти кричу, чуть не перепрыгивая через стол. – Как ты можешь так говорить?

Эзра касается моего плеча, чтобы успокоить меня. – Это крайне неожиданно. Миссис Рот не сделала ничего, что могло бы вызывать беспокойство о её способностях как родителя.

– О да? – парирует Джереми. – Хотите увидеть фото?

У меня сдавливает желудок, когда Леонард Хардвик открывает папку перед собой и достаёт огромное полноцветное фото Элли–слона с ножом, торчащим из него. Это выглядит довольно драматично, и красное вещество, сочащееся из раны на животе, кажется очень ярким. Он протягивает фото через стол Эзре, который берёт его и изучает.

Он выглядит впечатлённым.

– На что я должен смотреть?