Лидия изо всех сил старалась не вздрогнуть, но я заметил лёгкий нервный тик в её глазах.

— Пожалуйста, Лидия. Я пришёл к тебе за помощью прямо сейчас. Я никогда не думал, что мне так повезёт и у меня будут такие отношения. И вот я здесь. И это действительно мой последний шанс. Я не могу позволить этой дряни встать между нами.

— Генри, мы правда испробовали так много всего: гипнотерапию, ДПДГ, кинезиологию. Ты всё ещё принимаешь добавки?

Я кивнул. Лидия выписала мне смесь биологически активных добавок, которые должны были заглушать жажду, но я начал принимать их ещё годы назад и не могу сказать, что почувствовал особую разницу.

— Ты бы согласился на иглоукалывание? — спросила Лидия.

— Ты сейчас, блядь, серьёзно? Да, разумеется, я был бы открыт для иглоукалывания, но я очень сомневаюсь, что после столького времени именно это станет моим чудесным исцелением. Я серьёзно, Лидия. Я больше не могу так жить. Я прошу тебя в последний раз. Мне правда нужно, чтобы ты помогла мне покончить с этим раз и навсегда.

Я практически стоял на коленях, ожидая, что она предложит мне чудесное средство — то, что сделает меня безопасным для всех в моей жизни.

— Нет, иглоукалывание не станет полным решением проблемы, но я могла бы записать тебя на сеанс прямо сейчас, что, возможно, поможет немного снять остроту в течение следующей недели.

Я фыркнул, а Лидия подняла руку передо мной:

— И прежде чем ты скажешь мне, что недели недостаточно, я знаю. Это далеко не быстрое решение. Но я предлагаю это только на время, потому что есть одна вещь, которую ты мог бы попробовать, но это не то, что я могу предоставить тебе по щелчку пальцев. Тебе придётся отправиться на Гавайи как минимум на неделю, а также раскрыть часть своей личной информации другому лицензированному специалисту.

Всё моё тело напряглось. В моей жизни были люди, которым я доверял, и их было совсем немного по вполне понятной причине. Это также была одна из причин, почему я не добился особого прогресса, кроме простого умения самостоятельно подавлять свою жажду в моменты обострения. Но даже тогда иногда эта жажда овладевала моим телом так, словно внутри меня сидела чужеродная сущность. И как только это происходило, у меня не оставалось ни единого шанса вернуть контроль. Мне нужно было обратиться к большему числу специалистов, врачей, экспертов в этой области. Я знал это, но знал и то, что существует предел того, сколько из своей истории я вообще могу рассказать.

— Что на Гавайях?

— Доктор Грант Коулман. Он лицензированный врач, нейрохирург и психотерапевт. Сложнее найти человека с более высокой квалификацией. Он только что открыл чрезвычайно закрытую клинику в центре Гавайев, где использует комбинацию как западных, так и европейских методик для избавления организма от зависимостей. До сих пор я слышала только восторженные отзывы от людей, которые выходили оттуда и даже не вспоминали о том, что так долго держало их в своих цепях.

— Насколько ты уверена, что это сработает?

— Судя по историям, которые я слышала, очень уверена. Я знаю, что это нарушает твои границы в плане разглашения определённой информации, но если и есть последнее средство, которое я могу предложить, то доктор Коулман — это оно.

Я вздохнул, вставая и разглаживая складки на рубашке. Не верилось, что я собираюсь это сказать, но это был мой единственный вариант, и дело было больше не в моём эго и не в моих секретах. Это было ради Молли.

— Хорошо, забронируй это на следующую неделю и выкупи всё заведение целиком, чтобы я был там один. Мне всё равно, сколько придётся заплатить. Заставь его и каждого члена его команды подписать соглашение о неразглашении ещё до того, как будут раскрыты любые данные о том, кто я такой. Всё, чем ты можешь с ним поделиться, — это моя тяга к крови. Ничего больше. Остальную часть своей истории я расскажу сам, когда буду там. А прямо сейчас мне пора возвращаться домой к моей будущей жене.

— Но, Генри…

— Да, Лидия.

— Как ты планируешь справляться с позывами в это время?

— Полным отказом. А как ещё это сработает? Мне просто нужно напоминать себе каждое божье утро, что губы любимой женщины мне дороже вкуса её крови.

Я никогда не думал, что услышу от себя эти слова вслух, но на этот раз это была чистая правда.

Элиза

Элиза

Мне следовало бы провести этот день, изучая все тонкости особняка и узнавая больше о новом мужчине моей сестры, но едва моя голова коснулась подушки, я провалилась в сон. А проснувшись, обнаружила на телефоне четыре пропущенных звонка от Джордана, еще два сообщения от Джонатана и время — 18:30. Черт. Я проспала больше четырех часов, но все равно чувствовала, что могла бы проспать еще часов десять. И это было последнее, чем мне стоило сейчас заниматься.