Я всё ещё ждала прихода этой суровой реальности, но ей было уже почти тридцать, а она продолжала жить в своём иллюзорном мире, сочиняя свою жизнь на ходу. Хотя приходилось признать, что жизнь она себе устроила весьма неплохую. Я провела руками по мягчайшим простыням под собой. Никогда в жизни не спала на таком постельном белье. Может быть, это чувство и вправду было обычной завистью? Может, Молли права, и всё дело, блядь, во мне, и мне просто нужно научиться радоваться за сестру? Я вздохнула, перевернулась и уставилась на великолепный остров. Она действительно нашла своего грёбаного пересмешника — тут уж ничего не скажешь.

Молли

Молли

Меня всю трясло. Голова шла кругом от тысячи мыслей одновременно, и я не могла усидеть на месте, мечась взад и вперед у окна пентхауса.

Дело было не только в словах сестры. Всё упиралось в то, что у неё хватило наглости приехать сюда. Я была совершенно не против присутствия Рейвен и Лотты. Наоборот, они сделали всё это место ярче и веселее в отсутствие Генри, но Элиза — это совсем другое дело.

Мне нужно было позвонить Генри. Я должна была предупредить его, что они здесь. Я не могла допустить, чтобы он вернулся и испытал шок. Только не после прошлой ночи. Не после того, насколько откровенен он был со мной. Неудивительно, что это место было его тихой обителью, а теперь внутри него находился самый любопытный человек в мире.

Присутствие Элизы сделало мои чувства к Генри ещё более очевидными. Я никогда не была предназначена для этой жизни, для этой ебанутой семьи и отношений с единственным родственником, который у меня остался.

То, что произошло с моими родителями, случилось потому, что я никогда не была их частью, да они этого никогда и не хотели. В этом я была абсолютно уверена. Где-то там меня ждало нечто большее, и я наконец-то это нашла. Прошлое — это просто прошлое. С этого момента о нём не нужно было вспоминать. Я могла его отпустить. Я могла отпустить всё. И речь шла не только о тайнах Генри, но и обо всём, за что я держалась всё это время. Я не могла дождаться, когда стану Молли Бентли. Молли Бентли станет моим официальным именем, и Молли Бентли действительно звучало так, будто именно этим человеком мне и суждено было быть.

Я стояла и смотрела на свой телефон, лежавший на краю нашей кровати. Я застыла в нерешительности, не зная, как именно рассказать Генри о наших незваных гостях.

Но как только я потянулась за ним, затаив дыхание и собираясь наконец сделать этот шаг, экран телефона загорелся от его входящего вызова. Чёрт возьми, мы словно были связаны на расстоянии.

Я резко втянула воздух и упала назад на кровать, нажимая на зеленую кнопку.

— Милый! — вырвалось у меня; я зажмурилась, пока мой высокий голосок разносился из динамика.

— Милая, — раздался в ответ его бархатистый голос. — Не помню, чтобы ты называла меня так раньше. Но должен признать, мне это даже нравится.

— Только «даже»?

— Нет, не «даже», мне это очень нравится. Просто мне хотелось бы стоять прямо сейчас рядом с тобой, тогда мне нравилось бы это куда больше.

— Ох, мне так приятно слышать твой голос, — сказала я. И это была чистая правда. Голос Генри успокаивал меня, словно он находился прямо здесь, рядом, и обнимал меня. В его объятиях я никогда не чувствовала себя более как дома, более любимой, более желанной, более услышанной, более понятой.

— Твой тоже… Чем ты сейчас занимаешься? Стоишь? Я хочу полностью представить тебя, совсем одну в этом огромном доме прямо сейчас.

Доме? Он правда назвал это место домом? Это место было совсем не похоже на обычный дом. Но это был его дом, а скоро станет нашим домом. Грёбаным огромным домом, которому мы оба принадлежали… вместе.

— Прямо сейчас я наслаждаюсь последними лучами уходящего солнца, лежа на нашей кровати. На самом деле я как раз думала о тебе, прямо перед тем, как ты позвонил.

— Я знаю, именно поэтому я и набрал тебя.

— Правда? — спросила я, приподнимаясь с кровати и глядя на заходящее за горизонт солнце.

— Не совсем, просто я очень надеялся, что ты думаешь обо мне. Я не переставал думать о тебе весь день.

— Наверняка ты был слишком занят, чтобы я хотя бы мелькнула в твоих мыслях.

— Всё с точностью до наоборот. Ты не выходила у меня из головы: я представлял тебя на нашей кровати, возле бассейна, загорающей на причале, смотрящей в небо, пока ты принимаешь ванну… Ты делала всё это сегодня?

— Всё, кроме ванны. Это меня ждёт чуть позже.

— Ох, что бы я дал, чтобы прыгнуть туда вместе с тобой, обнять тебя. Поцеловать мочку твоего уха, твою шею. Я хочу прижать тебя к бортику и смотреть, как закатываются твои глаза, когда ты больше не сможешь меня вмещать.

О Боже, я не могла слушать его прямо сейчас. Он слишком сильно меня возбуждал. Я задумалась, где мои игрушки. Достаточно ли я зажила, чтобы использовать их? Судя по тому, как всё во мне пульсировало от каждого его слова, казалось, что да.

— Видит Бог, если ты продолжишь в том же духе прямо сейчас, ты сможешь довести меня до оргазма одними своими словами.

Генри тихо усмехнулся.