— Итак, учитывая твой цветотип, фигуру и то, что ты чертова богиня и женщина, которую, как я знаю, Генри не терпится сделать своей невестой, вот фасоны платьев, отобранные для тебя, — произнесла Джеки, стоя впереди как настоящая ведущая. На экране появилось фото Молли, сидящей на корме катера, пришвартованного у длинного пирса, когда мы прилетели. Хотя назвать это катером было преступлением — это была самая настоящая супер яхта. И вот моя сестра сидит на корме, ее волосы развеваются по ветру, а на лице играет настоящая улыбка. Настоящая, невинно-позитивная. Это был идеальный снимок моей беззаботной сестры, улыбающейся в камеру так, будто ничто в мире не способно причинить ей боль.

Парой касаний экрана Джеки превратила снимок моей сестры в золотом бикини в изображение, где она сидит в кружевном платье с корсажем без бретелек и разрезом по левой ноге. И вот она сидела передо мной. Изображение казалось настолько реалистичным, будто сегодня и был день ее свадьбы — день, которого я страшилась ничуть не меньше, чем желала его наступления. Что, черт возьми, со мной происходило? Я становилась такой мягкой.

— О боже, это невероятно! Нет, Молли, ты просто невероятна! — воскликнула Рейвен, и ее голос дрогнул. Девушка, едва знавшая Молли, открыто выражала эмоции перед этой красотой, пока я подавляла бурю, бушевавшую внутри.

— Вау, я... я просто поверить не могу, что так можно! — выдохнула Молли, с открытым ртом разглядывая собственное изображение.

— Скажи же, вау! Это невероятно! Выглядит так реально, будто вы уже поженились! Может, вам принести клятвы прямо на яхте? — подхватила Рейвен.

— За это изображение стоит сказать спасибо твоему жениху. Мы не только сможем вовремя доставить и подогнать нужное платье, если выберем его в ближайший час, — эти изображения создаются с помощью его технологий. Дизайнерам стоит поклониться ему в ноги. Они начали использовать эту технологию в мире моды пару месяцев назад, и их бизнес взлетел до небес. Замечательно, что мы можем применить ее здесь.

— Вообще-то я думала произнести клятвы на пирсе, — проговорила Молли, все еще не сводя глаз со своего изображения на экране.

— О, ты права! Пирс в самый пик солнца — это будет прекраснейший момент, — согласилась Джеки. Я так до конца и не понимала, кем Джеки приходится Генри. Все, что она мне сказала — это то, что она здесь работает. Но было очевидно, что к ней относятся далеко не как к рядовой сотруднице.

— Девушки, вы готовы к ужину? — раздался мужской голос за моей спиной. Я обернулась и увидела высокого темнокожего мужчину в белом двубортном кителе шеф-повара прямо за собой. Я вздрогнула от неожиданности. Я всегда отличалась высоким уровнем восприятия пространства, но сейчас не услышала, как кто-то подошёл, не говоря уже о том, чтобы почувствовать его за спиной.

— Эм, если вы не против, девочки, я подумала, что сегодня нам стоит поужинать в менее непринужденной обстановке, так как предстоит принять еще много решений. Поэтому я попросила нашего шефа приготовить несколько видов тапас, чтобы мы могли перекусить, пока всё окончательно не решим.

— Звучит отлично! — отозвалась Рейвен, и остальные кивнули в знак согласия. Джеки пролистала еще два платья, пока я наблюдала, как шеф-повар, которого Джеки даже не удосужилась представить, украсил центр дивана небольшим столиком с блюдами: там были рулетики с морепродуктами, мини-киши, крокеты, обычная картошка фри и фри из халуми, кальмары и большой салат с томатами и фетой. Пока я все еще ждала, когда Молли взглянет в мою сторону, Лотта налила мне еще бокал шампанского. Я взяла тарелку и накладывала еду, пока не услышала дружный вздох девушек.

Я выпрямилась, уставившись на изображение сестры на экране.

Мне тоже хотелось ахнуть. Но я не стала. Мне хотелось расплакаться, подбежать и обнять ее, но я не сделала этого. Не смогла. Никто из нас этого не сделал. Мы просто смотрели на изображение Молли, сидящей на корме катера: ее темные волосы развевались на ветру, она широко улыбалась, а зеленые глаза искрились на солнце. Длинная белая фата частично трепетала на ветру вместе с волосами, частично облепила плечо; на ней было струящееся шелковое платье на тонких бретелях с глубоким V-образным вырезом, открывавшим ровно столько, сколько нужно. На изображении даже добавили несколько тонких золотых цепочек разной длины — невероятно изящных и красивых. Разрез на платье доходил почти до верха бедра, обнажая тронутую солнцем кожу и элегантные белые босоножки на высоком тонком каблуке.

Это было совсем не то, в чем я представляла свою сестру. Если я и воображала когда-то день ее свадьбы, то рядом с ее первым парнем, Диланом, и на ней было бы что-то куда более облегающее, подчеркивающее ее длинные ноги и стройную фигуру. Но теперь, увидев ее в этом платье, я не могла представить ее ни в чем другом.

Рейвен и Лотта переводили взгляд с фотографии на Молли. Их распирало от желания что-то сказать, но они ждали реакции невесты.

— Я... я... О вау, это так непривычно. Но в то же время, кажется, это оно. Да, точно оно, как думаете? — произнесла Молли.

— Да, да, да! — в один голос закричали Лотта и Рейвен.

— Это абсолютно точно оно! Я просто не хотела ничего говорить, пока ты сама не решишь. Это ведь твой выбор, но посмотри на себя, Молли! Это нечто невероятное, это просто поразительно! — Лотта аж прослезилась.

— Оно и правда прекрасное, — согласилась Джеки.

— Молли, это ошеломительно. Правда, — добавила я.