Я позволил ему немного помучиться в тишине, сделав еще один глоток. Травянисто-землистый вкус чая «Вилд Бэйн» напомнил мне о доме. Одно из немногих напоминаний, которое не вызывало желания стереть с лица земли целые цивилизации.

— Ее звали Морган Андерс. Родилась вне городов стаи, у двух одиночек.

Лицо Хантера помрачнело, а в его взгляде зажегся тихий огонек ярости.

— Значит, Эмми и правда никогда не была частью стай.

— Полагаю, в детстве они то появлялись в них, то исчезали, но без какой-либо официальной регистрации или записей.

— Что случилось с ее матерью?

Мои пальцы сжались, и хотя я почти не приложил усилий, кружка треснула в моей руке.

— Третья за неделю, — со смешком, разрядившим напряжение, заметил Хантер.

Выбросив осколки в мусор, я вытер пролитую жидкость.

— Информация о матери и ее дочери ограничена. Ограничена так, как я еще не встречал за все свои годы взлома систем. Но я нашел пару членов старой стаи ее матери. Двое, что пробились через мою базу данных, — альфы, и они состоят в совете в Силвер-Сити. У них должны быть ответы, так что, возможно, я смотаюсь туда и немного поболтаю с ними.

Хантер приподнял бровь.

— И у тебя есть план, в котором они остаются в живых?

— Нет. Не особо.

Покачав головой, он взял кружку и налил себе кофе — видимо, кофеин был ему необходим, чтобы выдержать этот разговор.

— Почему бы нам не послать кого-нибудь другого их допросить? Уверен, есть способы получить нужную информацию, не разрывая их на куски.

Уголки моих губ дрогнули в усмешке.

— Возможно, но где тогда веселье?

Мой старейший друг прекрасно знал, что я — монстр в человеческом обличье, а не наоборот. Я никогда не мыслил как другие, но научился тому, что приемлемо в этом мире, а что нет, и это позволяло мне оберегать своих братьев.

— Уверяю тебя, никто по ним скучать не будет.

Сведений об этой стае было мало, но я откопал одну больничную запись на дочь с травмами, слишком серьезными для исцеления оборотня.

— А что насчет ее отца? Он из бывшей стаи ее матери?

При мысли о ней и тех альфах из моей груди вырвалось раздраженное рычание.

— Нет. Нет никаких записей о том, что они были частью той стаи, до тех пор, пока омеге не исполнилось около четырех. Отец неизвестен. И если о ее матери информации крайне мало, то отец Эммелин — просто призрак. Я не могу найти ни единого случая, чтобы Морган заводила связи с какими-либо оборотнями до того, как встретила свою стаю.

Хантер потер переносицу, и меня слегка обеспокоила усталость на его лице.

— Я сегодня буду на работе, — небрежно бросил я. — Можем обсудить ту проблему на пятом складе, если хочешь.

В его глазах мелькнул волк, и мой зверь лениво потянулся в ответ.

— Мне нужно пробежаться с утра, иначе от меня как от альфы не будет никакого толку.

Обычно я выпускал своего зверя глубокой ночью, когда мы могли охотиться и наблюдать за спящим городом. Но я мог бы составить ему компанию и в двуногой форме, если он того желал.

— Я учуял на тебе ее запах, когда ты вчера вернулся. Не уверен, что есть такая дистанция, пробежав которую, ты решишь эту проблему.

Его свирепый взгляд сменился растерянным разочарованием, и он выдавил из себя резкий смешок.

— Она интригует и выводит из себя всеми гребаными способами. К тому же, сегодня я увольняю Брэдли. Есть шанс, что заодно оторву ему голову. Не то чтобы наша омега собиралась мне рассказывать, как он с ней обращался. Каждый разговор с ней — это битва, и даже когда я добиваюсь прогресса, она тут же отступает.

Я почувствовал проблеск уважения к тому, что у нее хватило воли противостоять нашей могущественной стае, но большая часть меня хотела наказать ее за то, что она посмела сопротивляться. У нее здесь не было настоящей силы, кроме иллюзии контроля.

Хантер вздохнул.

— Она все еще планирует сбежать.

На моем лице застыло холодное безразличие.

— Я в курсе. Но теперь, когда у меня есть ее цифровая личность, в мире не осталось места, где бы она могла исчезнуть так, чтобы я ее не нашел.

Хантер пронзил меня взглядом.

— А ты бы ее нашел?

Я пожал плечами, не зная, что ответить. Может, я сам спрятал бы ее от нашей жизни, пока она все не разрушила.

Словно в подтверждение моих мыслей, несколько секунд спустя на кухню ворвались Келлан и Финли, споря о том, кто сегодня повезет всех на тренировку.

— Мне нужно убедиться, что Эмми доберется до работы, — проворчал Келлан, — и если ты не можешь вести себя с ней в машине прилично, то до катка будешь добираться сам.

Раздался глухой удар — это медведь хлопнул ладонью по кухонному острову.

— Она не может просто заявиться сюда и порушить весь наш уклад. Ты из-за этой херни сорвешь нам сезон. Понимаешь, да?

Финли возводил суеверия на совершенно новый уровень. Это касалось не только игр — он придерживался их и на тренировках.

Келлан, обычно до раздражения жизнерадостный, стал смертельно серьезным.

— Да плевать мне на сезон. Он ничто по сравнению с Эмми. Я бы ушел хоть сегодня, если бы это ее хоть немного расстроило.