Когда мы поднялись на второй этаж, Келлан указал на свою комнату прямо у лестницы.

— Тебе здесь всегда рады, даже если меня нет. Мне нечего скрывать.

Я не знала, что на это ответить, но он, похоже, и не ждал ответа, продолжая идти по прекрасному коридору с голубыми стенами и белыми панелями.

— А это твоя комната. — Он щелчком открыл следующую дверь и жестом пригласил меня войти.

Я последовала за ним, заставляя себя не выдать своей реакции на это поразительное пространство. Хотя мысленно я визжала, как глупая девчонка, от того, насколько все было идеально.

Легкие белые занавески обрамляли стену из окон, которые были распахнуты, впуская осенний ветерок и осыпая нас ароматами травы, цитруса и древесного дыма. Полы из темного дерева были покрыты пушистыми белыми шерстяными коврами. Скинув туфли у входа, я с наслаждением почувствовала, как мои босые ступни утопают в мягкой глубине, пока я шла к кровати.

Она была словно из сна: четыре столбика поддерживали такие же белые занавески, что и на окнах. Постельное белье в лилово-кремовую клетку выглядело таким удобным, что я едва сдержалась, чтобы не нырнуть в его мягкие глубины.

— Тебя устраивает комната? — Я была поражена дрожью в голосе Келлана и обернулась. Он стоял у дверного проема, а мои четыре сумки были аккуратно сложены у стены.

— Ты шутишь?! Она просто великолепна. Ещё пара секунд — и я закружусь, как настоящая принцесса, с развевающимися волосами и всем прочим. Эта комната просто идеальна. Спасибо. — Он откашлялся, и я мельком увидела его мягкую улыбку.

— Мы хотели, чтобы ты чувствовала себя здесь как дома. Если тебе что-нибудь понадобится, просто дай мне знать, и я все устрою.

Все, кроме моей свободы, но об этом я побеспокоюсь в другой раз.

Он выпрямился и оттолкнулся от дверного косяка.

— Так, гардеробная — за той дверью, а ванная — там. — Он указал на две смежные комнаты. — Оставлю тебя разбирать вещи и обустраиваться. Когда будешь готова, спускайся на кухню, позавтракаем.

Все это было так обыденно, что я мысленно запланировала себе паническую атаку на тот момент, когда он выйдет из комнаты. И конечно же, как только он ушел, закрыв за собой дверь, мое дыхание стало частым и поверхностным. Моя волчица заскулила в груди, и впервые за долгое время я почти потеряла над ней контроль.

Дом пах моей стаей. Не только корицей и карамелью Келлана и мокко Хантера — в этот аромат вплетались еще два: ваниль с вишней и пепельный поджаренный зефир.

Я понятия не имела, какой из них принадлежал Финли, а какой — Слэйду, который в моем воображении уже рисовался ужасающим чудовищем, но я жаждала этого знания, и оно едва не сводило мою внутреннюю хищницу с ума.

Мне потребовалось ужасно много времени, чтобы взять себя в руки, и лишь огромным усилием воли я смогла собраться. Нуждаясь в занятии, я вкатила чемоданы в огромную гардеробную, уже оборудованную вешалками и ящиками. Распаковавшись, я обнаружила, что моя одежда заняла лишь малую часть доступного пространства.

Затем я разложила свои туалетные принадлежности в ванной, которая, как и спальня, была настоящей мечтой в бело-лиловых тонах. Я замерла у большой ванны на ножках в виде львиных лап — мне казалось, такие бывают только в кино и в моих мечтах.

Неужели они знали о моей любви к ваннам?

Богиня, у них даже на полке стояли баночки, наполненные маслами и солями. Ванны были тайной любовью всей моей жизни и моим убежищем, но мне редко везло снять квартиру с ванной. А эта стая превзошла все ожидания и показала мне проблеск совершенства.

Насколько же трудно будет вернуться в чистилище, побывав так близко к раю?

Поскольку заняться было больше нечем, я в последний раз взглянула на свое отражение и решила, что выгляжу вполне прилично. Лицо слегка раскраснелось, но в остальном все было как обычно. Если бы только и внутри я чувствовала то же самое.

Выйдя из комнаты и направившись вниз, я без труда пошла на запах Келлана.

— Вау, — вырвалось у меня, когда я вошла в большую, залитую солнцем кухню с белыми шкафчиками в стиле «шейкер» и мраморными столешницами. — Я завидую вашему дому.

Голова Келлана показалась из-за дверцы их белого холодильника, в руке он держал стеклянную банку с клубникой.

— Не нужно завидовать, красотка. Это и твой дом тоже.

Черт. Я сама на это напросилась.

Решив не спорить, я сосредоточилась на еде, которую он расставил на белом кухонном острове. Приборов было всего два, но еды хватило бы на целую армию.

— Э-э, сколько оборотней ты собираешься кормить этим утром?

Он пожал плечами, добавляя клубнику к уже нарезанным фруктам в миске.

— Я понятия не имел, что ты любишь есть, и хотел предусмотреть все варианты.