Семья Кристиана иммигрировала сюда из Австралии десять лет назад, и он был для Келлана как черный кот для золотистого ретривера. Он при любой возможности спускал его с небес на землю, но при этом был готов поймать за него пулю. Настоящий волк.

Келлан погрозил ему пальцем, его губы изогнулись в довольной усмешке.

— Не думаю, что слово «перезарядка» здесь уместно. Поверь волку, у которого периода восстановления вообще нет.

Кто-то швырнул в него потное старое полотенце, но Келлан отбил его и, насвистывая, направился к душевым.

— Не могу дождаться начала сезона, — крикнул он через плечо.

В его сторону полетела еще куча полотенец и проклятий, но этот счастливый ублюдок в ответ лишь рассмеялся. Кенз откинул голову на стену и проворчал:

— Он даже веселее, чем обычно. Что происходит? Его кто-то трахнул?

При этом вопросе мне на ум пришло лицо омеги, и я тут же решил, что ненавижу веснушки. Они раздражали так же, как и она, а мне такое дерьмо в жизни было не нужно.

— Он сегодня утром привез омегу, — понизил я голос, пытаясь сохранить это между нами. Хотя новость все равно скоро разнесется по всему городу оборотней, и тогда мне точно не избежать их пристального внимания.

Кенз резко перевел на меня взгляд, его глаза расширились от беспокойства.

— Ты как, мужик? Могу себе представить, что для тебя это, должно быть, своего рода триггер.

Тот факт, что мне хотелось содрать с себя кожу вместе с тренировочной формой, чтобы смыть это раздражение, говорил о том, что он попал в самую точку.

— Мне без разницы, — фыркнул я, отчаянно пытаясь поверить в собственную ложь. — Дом большой, и я планирую игнорировать ее, пока она снова не сбежит. Мы же знаем, что это неизбежно.

Она была слабой и жалкой, а я в своей жизни насмотрелся на таких достаточно, чтобы надеяться, что на этот раз мусор вынесет себя сам.

Приняв душ и одевшись, я обнаружил Келлана, развалившегося перед моим шкафчиком. У его ног стояла сумка, а в руках он держал небольшой сверток.

— Нет! — прорычал я, указывая на него пальцем. — Даже не начинай.

Его губы дрогнули, когда он взглянул на меня из-под светлых прядей. Этот смазливый засранец слишком часто пользовался своей внешностью, чтобы добиться своего, но со мной это не работало.

— Я серьезно, Кел. Я выпущу пауков по всей твоей комнате, пока ты будешь спать.

Его глаза широко распахнулись, отчего их синева на фоне белков стала еще темнее.

— Ты не посмеешь.

— А ты проверь, — огрызнулся я.

Он прижал руку к груди с наигранно обиженным видом.

— Как ты можешь использовать мой самый большой страх против меня? Я думал, мы братья.

Я прикрыл смешок кашлем, проведя рукой по лицу. Он выглядел таким оскорбленным, что я даже не мог продолжать злиться.

— Мы братья. Ты же знаешь.

Связанная запахом стая — это самые крепкие узы после кровного родства. Это было всем. Я бы не раздумывая умер за этого ублюдка.

И я знал, что он сделал бы то же самое для меня.

Келлан, почувствовав, что я смягчился, протянул сверток.

— К новому сезону, — сказал он, словно мы оба не знали, что внутри. Он делал это каждый сезон, и хотя раньше его подарки меня никогда не подводили, я все равно с подозрением относился к его сюрпризам. Он слишком часто использовал мои суеверия против меня.

Смиренно вздохнув, я вскрыл упаковку и вытащил ожидаемую пару носков. Они были бирюзового, золотого и белого цветов нашего командного логотипа, но вместо оскаленной волчьей головы со скрещенными клюшками на них были напечатаны крошечные медвежата, а по верхней резинке было вышито «Ликвидатор».

— Нельзя же начинать сезон без своих счастливых носков, — прокричал Келлан, довольный собой.

Благодарный за то, что его подарок не имел никакого отношения к омеге, я хлопнул его по плечу.

— Обожаю их, засранец. Может, пропустим по стаканчику и перекусим чего-нибудь, прежде чем по домам?

Выражение его лица смягчилось.

— Я знаю, ты обещал не изводить ее специально, но я не ожидал, что ты решишь для этого вообще с ней не видеться. Ты не сможешь избегать ее вечно.

Еще как смогу, и буду.

— Ты едешь домой, чтобы убедиться, что с ней все в порядке, да?

Она и полдня в нашем доме не пробыла, а уже крадет у меня стаю.

— Поехали со мной, — попросил он, умоляя глазами.

Я покачал головой.

— Ты же знаешь, когда дело касается ее, на меня эта хрень не действует.

Повернувшись к душевым, я крикнул Кензо, чтобы узнать, не сможет ли он приготовить ужин. Он был связан с двумя бетами, но у него всегда находилось время на быстрый ужин и пару рюмок.

— Черт возьми, да, братан, — отозвался он, вытирая полотенцем свои короткие темные кудри и выходя из душа.

Келлан положил свою мясистую руку мне на плечо и сжал его.

— Увидимся позже, — сказал он. — Только не нажирайся сегодня в хлам. Тренер, может, и даст нам завтра выходной, но послезавтра мы снова в строю.

— Понял, пап.