— Тебе действительно нужно перестать попадать под дождь без зонта, — сказал он. Его голос звучал наставительно, но с игривой ноткой. От этого мне стало только хуже, потому что единственное, о чём он меня предупреждал, единственное, о чём просил.

Чёрт.

Ливни начинались и заканчивались в странное время. Я поцеловала героя незаконченного последнего романа. А теперь я разбила одну из главных пар в «Кихотик-Фоллс». Андерс предупреждал меня о том, что не стоит поднимать волны, но я и подумать не могла — я не думала, что смогу.

Я не была настолько важна, чтобы изменить историю, и всё же…

Мне нужно было это исправить. Помирить Руби и Джейка, убраться с пути настоящего романтического интереса Андерса — кем бы она ни была — и медленно отступить в сторону. Это также означало, что мне, вероятно, больше не стоит с ним целоваться. Никогда. Чтобы, когда я найду его героиню, он смог бы влюбиться в неё.

Не то чтобы он мог влюбиться в меня, но…

Я не могла рисковать. Я не хотела испортить свою любимую романтическую историю, даже если, возможно, уже это сделала.

— Прошу прощения, — я быстро скрылась в проходе между стеллажами. Мне нужно было взять себя в руки, прежде чем предстать перед ним, и я ведь не могла просто ничего ему не сказать, верно? Рано или поздно он всё равно узнает, что пара Элоратона, пережившая столько страданий, в итоге, ну, всё-таки разбила друг другу сердца.

Я прошла по одному проходу, затем свернула в другой, забираясь вглубь книжного магазина так далеко, как никогда раньше, но я читала об этом месте столько раз, что лабиринты полок были буквально вытатуированы на внутренней стороне моих век. У камина обнаружилась тихая маленькая ниша с небольшой кушеткой, мягкой, пахнущей пыльными книгами и дымом сигар. Я опустилась на неё, схватила одну из красных бархатных подушек с золотыми кисточками и уткнулась в неё лицом.

Вдох.

Выдох.

— Эйлин? — Андерс робко шагнул в нишу, постучав костяшками пальцев по стенке книжного шкафа, как если бы это была дверь. Я вздрогнула и резко обернулась к нему. Дождевая вода всё ещё стекала по моему лицу, и я поспешно попыталась её вытереть. — Ты уверена, что с тобой всё в порядке?

Расскажи ему, подумала я, но не смогла. Я не хотела, чтобы он снова меня возненавидел.

Я ведь тоже только-только начала ему нравиться.

Он склонил голову, ожидая моего ответа. Я не хотела ему говорить. Но он был до безумия терпелив; он скрестил руки на груди и прислонился к краю одного из книжных шкафов. Над ним висела табличка с надписью «Детективы».

— Эйлин, пока никто не умер, всё не может быть так уж плохо. Я уверен, что Фрэнк сможет починить твою машину.

Мою машину? Он думал, я расстроена из-за машины? Я проглотила правду вместе с остатками нарастающей паники и попыталась соображать.

С этим можно было работать.

Я могла всё исправить для Руби и Джейка.

У меня была степень магистра по английскому языку, я была на полпути к докторской — когда могла позволить себе вечерние занятия — и я слушала курсы у некоторых из выдающихся исследователей романтической литературы. Я проглотила столько любовных романов в мягкой обложке, что ими можно было бы укомплектовать небольшую библиотеку. Сделать «долго и счастливо» не может быть так уж сложно, верно?

Не может.

Мне просто нужно было помочь им к этому прийти.

— Фрэнк сказал, что это займёт несколько дней, — произнесла я, не отрывая взгляда от влажного полотенца на своих коленях, потому что Пру всегда говорила, что может определить, когда я лгу, по выражению моего лица. Словно мне было больно.

— Несколько дней, — повторил он нарочито ровным голосом. Я не могла понять, рад он или разочарован. Я ненавидела это — его было так трудно прочесть. Будь это книгой, я бы знала его досконально, но сейчас я просто нащупывала путь в темноте.

— Видимо, город не хочет, чтобы я уезжала, — пошутила я и одарила его неуверенной улыбкой. Ему не обязательно об этом знать.

Я ожидала, что он театрально вздохнёт и начнёт жаловаться на то, что я задержусь в его идеальном городке немного дольше, но он этого не сделал. Однако он выглядел так, будто в нём боролись противоречивые чувства, и это, казалось, удивляло его самого. Он откашлялся и отстранился от книжного шкафа.

— Что ж, не могу сказать, что я не… не рад тому, что в книжном магазине побудет кто-то ещё какое-то время, — произнёс он, оглянувшись на своего кота. — Лофт в твоём распоряжении столько, сколько потребуется.

Тот факт, что я всё ещё могла остаться здесь, наполнил меня одновременно и счастьем, и особым родом страха.

— Обещаю, я не доставлю проблем, — сказала я ему, но он не выглядел особо убеждённым.

— Ты уже натаскала воды по всему моему книжному магазину, Элси, — ответил он, указывая на тянущиеся за мной лужицы. — Думаю, стадию проблем мы уже давно миновали.

Удивлённая, я посмотрела на себя, насквозь промокшую.

— Тебе не нравятся конкурсы мокрых маек? — спросила я, притворно обидевшись. — Я просто тренируюсь.