— Она сказала, что я преуспею в магистратуре, — заметила я, — и я преуспела.

— Да, но… — затем она пожала плечами. — Да что я понимаю? Я сменила пять работ за два года.

Что было правдой, и я действительно любила преподавать, поэтому я задвинула эти мысли на задний план. К тому же Лиам снова был между проектами, а моя зарплата была стабильной. В ту ночь мы заказали китайскую еду и затерялись в Элоратоне вместе с Джеммой и заучкой-астрофизиком, который приехал в город изучать пролетающую комету, и эта книга была спокойной, с низкими ставками и просто очаровательной. Было так много читателей, которые возненавидели эту третью книгу, потому что она стала таким смелым отходом от первых двух в серии. Она была более мягкой, словно вальс сквозь Элоратон. В первой книге Джуни ворвалась в город подобно вихрю, а во второй Руби потрясла всех своими песнями.

Джемма была другой. Ей не от чего было сбегать и некому было ничего доказывать. Она просто существовала вместе со своей дочерью Лили и плыла по страницам, словно время, приятно проведенное на медленной реке.

Когда я впервые прочитала «Мёд и разбитое сердце», она мне тоже не очень понравилась. Она была слишком медленной, слишком тихой, слишком мягкой. Я совершенно не могла сопереживать Джемме, зациклившейся на разбитом сердце, но не на самом мужчине.

Но затем, три года спустя, в худший год моей жизни, я перечитала эту серию. Я только-только пережила собственное разбитое сердце, топя себя в чужих «долго и счастливо», чтобы не думать о провале своего. Я редко выходила из квартиры, за исключением преподавания или походов за едой навынос, когда заказывать через «Uber Eats» не хотелось. К тому времени Рэйчел Флауэрс тоже умерла, и поскольку все втайне любят трагедии, её книги взлетели в списки бестселлеров и остались там.

Рэйчел вызывала разногласия своими любовными романами. Она держала читателей в напряжении, всегда будучи чуть более нешаблонной, чем большинство. Читателям всё ещё не нравился «Мёд и разбитое сердце», но я, наконец, поняла его, и, подобно мёду, который делали пчёлы Джеммы Шах, эта история обволокла мою душу и согревала меня. Не всякая любовь случается с первого взгляда — иногда требуется перечитывание в самый подходящий (или неподходящий) момент вашей жизни. А иногда требуется небольшая помощь от друзей.

— Что ты делаешь во вторую неделю июня? — спросила Пру однажды вечером в апреле, когда я была там, с Джеммой, по уши влюбляясь в милого и робкого Томаса.

— Наверное, предложу преподавать на летних курсах.

— Ну, не стоит.

Я оторвалась от книги.

— Почему?

Мы свернулись калачиком на диване, на фоне бормотало шоу «Холостячка», женщина раздавала розы очаровательным мужчинам, которые надеялись стать её единственным.

— Потому что мы отправляемся в поездку в Гудзонскую долину.

— Зачем?

— Потому что мы собираемся встретиться с нашим книжным клубом.

— Мы можем просто созвониться по скайпу, — пренебрежительно ответила я. — Это долгая дорога.

— Элси…

Я одарила её строгим взглядом.

— Пруденс…

— Ну давай же, — взмолилась она.

Я заныла:

— Я не хочу никуда ехать.

— Даже чтобы повидаться с нашими друзьями?

Нет, хотела я сказать, потому что мне вообще не хотелось выходить из квартиры. Я и не выходила, на самом деле, с тех пор как… ну, с тех пор как Лиам всё закончил. Мне даже не хотелось ходить за продуктами, потому что вдруг я наткнусь на него? Или на его коллег? Я не думала, что у меня есть силы делать вид, будто всё в порядке. По крайней мере, пока.

Пруденс начала напевать ту ужасную песню.

— Пожалуйста, — взмолилась я. — Прекрати.

Но она стала напевать громче и повела плечами в такт песне.

— Давай же, Эйлин… — поддразнивала она. И она знала, что это сработает, потому что я всегда сдавалась, если она хотела что-то сделать. Я могла отодвинуть свои желания и нужды на задний план, стиснуть зубы и отправиться с ней навстречу приключениям. Во всяком случае, это было лучше, чем думать о своей собственной жизни. Я думала, что, если смогу просто жить в её сиянии, вечно греться в её лучах, этого будет достаточно.

И долгое время так оно и было.

Но так же, как Джемма осознала, что её жизнь продолжается независимо от того, участвует ли она в ней, я тоже начала понимать, что моя жизнь не стоит на месте. Она будет продолжаться независимо от того, засуну ли я голову в песок и останусь неподвижной. Думаю, именно поэтому я решила поехать в этом году — не потому, что мне хотелось рутины или недели на чтение романов и распитие паршивого вина, а потому, что…

Моя жизнь всё ещё двигалась вперёд, и решение всё-таки поехать стало первым настоящим решением, которое я приняла для себя за…

За долгие годы.

Так что было действительно прекрасно видеть Джемму Шах такой счастливой и чувствующей себя как дома в месте, которым она так дорожила.