— Ты просто стоишь там, бледная и на вид слегка больная.

Я быстро отвернулась от него.

— Прости, прости, я в порядке. Потерялась в своих мыслях.

— А. Какой талант.

Да, именно так. Талант. Талант к витанию в облаках. Но он был хорош. Я начала говорить ему, что собираюсь пойти собрать свои вещи из лофта, когда в парадной двери появился кто-то, в ком я могла лишь угадать Фрэнка. Он помахал рукой и указал большим пальцем за спину на эвакуатор. Андерс даже не оторвал взгляд от экрана компьютера, когда я спаслась бегством.

Я уверена, что не была даже мимолётной мыслью в его голове.

Я должна была понимать, что к чему. Кроме того, к завтрашнему дню я стану лишь размытым воспоминанием о ком-то, кто проехал через город и задержался на пару дней в истории, которая так и не закончилась.

Неразделённое страдание

Фрэнку из автомастерской Фрэнка (и печально известной «Острятины Фрэнка») хватило одного взгляда под капот, чтобы понять, что именно не так со Горошинка. — Как эта штука вообще ездила?

— На синей изоленте и молитвах, — ответила я, нервно покусывая ноготь. — Так она подлежит починке?

Он закрыл капот и приподнял свою зелёную бейсболку с надписью «ОСТРЯТИНА ФРЭНКА», задумчиво почесав лоб. Он был мужчиной в возрасте, в яркой гавайской рубашке и хаки-карго, хотя его невозможно было не заметить даже без отпускного принта. Он был по-настоящему крупным парнем, с широкими плечами и седой бородой, в которой по центру проходила более светлая полоса. В третьей книге мы узнаём, что до того, как сорвать спину, он недолго выступал в WWE. В смысле, в реальной жизни он не выступал в WWE, но в вымышленном мире Кихотик-Фоллс — да, и он обладал всей харизмой Дэйва Батисты и вальяжностью Дуэйна Джонсона, и, честно говоря, я бы купила у него тысячу бутылок острого соуса, если бы он попросил.

Он вытер пот со лба и пожал плечами.

— Ну, да, да, повозиться придётся, конечно. Но я смогу её сделать.

Я с облегчением выдохнула.

— Так… я могу заехать позже сегодня, чтобы забрать её? И уехать.

— Конечно, можешь, но я, скорее всего, направлюсь к Купу, чтобы попытаться достать то, что мне нужно, так что тебе, возможно, стоит забрать из машины те вещи, которые тебе нужны.

Я не поняла.

— Достать…?

Он махнул рукой в сторону передней части моей машины и зашагал обратно к своему рабочему столу в начале мастерской, смахивая крошки с получистого листа квитанции.

— У тебя пробит карбюратор, — сказал он, проверяя три ручки, пока не нашёл ту, которая пишет, — а твоя девчонка такая старая, что у меня нет никаких запчастей под рукой.

Мои плечи опустились.

— Погодите, я думала, вы сказали, что она подлежит починке? Разве нет?

— Нет-нет, — пояснил он, — это будет быстрый ремонт, как только я получу детали, необходимые для переборки карбюратора, но самое раннее, что я могу пообещать, это… — он что-то нацарапал на листке квитанции, причмокивая зубами. — Среда?

Среда?

Это через два дня. А значит… я остаюсь здесь. Ещё на два дня. Два. Я пожевала ноготь.

— И вы уверены, что сможете закончить к тому времени?

— Вероятно. В идеальном мире, — ответил он немного извиняющимся тоном. — Я работаю один, мэм, и это займёт некоторое время, но я приведу её в порядок, как только смогу.

Я вела себя нелепо, и никто ведь не ждал меня в домике. Единственным человеком, знавшим, что я всё-таки поехала, была Пру, а она укатила в Исландию со своим парнем. Среда — это нормально. Но это означало… ещё пару дней с Андерсом, и от этой мысли у меня скрутило живот. Прошлой ночью я поцеловала его, зная, что сегодня уеду, но теперь…

Я не знала, что и думать.

Ещё два дня с Андерсом. Ещё два дня танцев вокруг мысли о моей собственной любовной истории. Два дня.

Два.

— Среда — это идеально, — сказала я с натянутой улыбкой. — Спасибо. Сколько я буду должна?

Фрэнк оторвал квитанцию, закончив подсчёт расходов, и протянул её мне. В квитанции не было итоговой суммы, только выполненные работы и, внизу —

ДВЕ БУТЫЛКИ «ОСТРЯТИНЫ ФРЭНКА», ПО 5,99 $ ЗА КАЖДУЮ.

— Должно стоить больше, — сказала я, а он отмахнулся.

— Я уже много лет не работал с «Пинто». Ты делаешь мне подарок.

Всё равно мне было неловко, потому что он делал больше работы, чем, вероятно, договаривался, а я была почти бесполезна.

— Спасибо, правда, — сказала я и обошла хэтчбек сзади, чтобы убедиться, что я уже забрала всё необходимое. Коробка с книгами стояла рядом с ящиком вина, и, честно говоря, я бы не взглянула на них дважды, если бы обложка не привлекла моё внимание. Из любопытства я вытащила одну.

Обложка была размытой — словно кто-то пролил на неё воду, но без видимых повреждений.