— То, что фанфики подхватили это, ещё ничего не значит.

— Жду не дождусь, когда окажется, что ты не права, — сказала она, снимая свитер с вешалки. Мы делали покупки в её любимом секонд-хенде, пытаясь найти винтажные вещи для чего-то. Я уже не помню для чего. — Рэйчел Флауэрс никогда не вставляет детали без причины. Говорю тебе, в конце это будет важно.

Я закатила глаза и позволила Пру строить свои теории. У меня ведь были свои собственные. В четвёртой книге осталось несколько незаконченных сюжетных линий, и ходили слухи, что пятая станет последней в серии. Мы всё ещё ждали, чтобы узнать, откроют ли Джуни и Уилл свою гостиницу, или вернётся ли, наконец, сварливый опоссум в кафе, сбудется ли желание Майи Шах, или же магия Кихотик-Фоллс окончательно иссякла, и ей больше нечего дать.

Всё шло к кульминации, как и во всех хороших романтических эпопеях. Я сгорала от нетерпения узнать, как всё это завяжется в аккуратный бантик. Это казалось невозможным. Волшебный трюк для волшебной серии. К сожалению, я так и не узнаю, чем закончится история о Кихотик-Фоллс.

Несколько месяцев спустя Рэйчел Флауэрс умерла. Ей было тридцать два. Мой нынешний возраст.

После её смерти выяснилось, что она вообще не планировала концовку и никому не рассказывала о своих идеях. Все были безутешны. Не только из-за неё, но и из-за «долго и счастливо», которое так и не наступило. Серия, создававшаяся полдесятилетия, осталась без должного финала. История просто оборвалась. Никакого КОНЦА. Никакого эпилога, чтобы заверить вас, что всё будет хорошо.

Ничего.

Это был год, который я предпочла бы не вспоминать. Мама говорила, что у каждого бывают такие периоды, когда весь твой мир переворачивается с ног на голову, и ты никак не можешь снова обрести почву под ногами. За исключением того, что я так и не обрела почву под ногами и с тех пор всё время спотыкалась.

Я быстро приняла душ, что было жаль, потому что ванна на ножках-лапах была великолепна, и это могло бы быть чудесное купание, и вытащила свою последнюю чистую пару шорт и старую футболку со Стивом Остином «Ледяной Глыбой», которая каким-то чудом выжила в моём шкафу с конца девяностых. Я заправила её в шорты с высокой талией, влезла во всё ещё влажные кроссовки и перед тем, как покинуть лофт, убедилась, что упаковала всё в свою спортивную сумку.

Андерс разговаривал с кем-то в передней части магазина, когда я вышла из лофта. Я остановилась на вершине винтовой лестницы и впитала в себя вид.

При дневном свете книжный магазин обрёл новую жизнь.

Пылинки танцевали в солнечном свете, льющемся через окна. Он выглядел намного уютнее, когда украшения из цветного стекла отбрасывали радуги на книжные полки и кружились по паркетным полам, словно пятнышки солнечного света на песке.

Книжные шкафы, заполненные до краёв, тянулись до потолка, загромождённые таким количеством цветов и видов книг, коротких и толстых, длинных и широких, что это казалось почти атакой на чувства. В центре магазина был проём на второй этаж, где стояли книжные стеллажи такой высоты, что до них можно было добраться только с помощью лестниц. Крышу поддерживали тяжёлые дубовые балки. С карнизов свисали планетарии, стеклянные колокольчики и другие украшения, ловившие утренний золотистый свет и разбрасывавшие его по всему магазину. Полки были сделаны из того же тёмного дуба, что и потолочные балки и перила на втором этаже, а таблички, свисающие с полок на уровне глаз, детализировали различные отделы магазина: Мемуары, Фэнтези, Научная фантастика, Любовные романы, Помоги себе сам, Природа, Практические руководства…

Это место было прекрасным.

На мгновение я задумалась, каково было бы владеть таким местом. Оно было волшебным. Магазин, который продавал невозможное, написанное чернилами на мягкой белой бумаге.

— Ты можешь попробовать это вместо? — говорил Андерс голосом, который я раньше от него не слышала. Он был нежным, немного ласковым.

Спустившись по лестнице, чтобы увидеть, с кем он разговаривает, я догадалась почему.

Девочка — лет восьми, с тёплой коричневой кожей и густыми тёмными волосами, собранными в хвост жёлтой лентой, — стояла у прилавка с потрёпанной книгой в руках. Обложка отсутствовала, а страницы были помяты и хрустели от повреждения водой. Девочка сморщила носик на предложенную книгу, а затем протянула свою.

— Разве ты не можешь просто заказать другую, дядя Энди?

Андерс поправил очки на переносице.

— К сожалению, я не волшебник.

— Но…

— Уверен, у меня есть немного скотча…

Она в тревоге ахнула и быстро вернула свою испорченную книгу в сумку-тоут.

— Не бери в голову! Я разберусь с этим. Буду просто читать её… осторожно.

— Или, — рискнул он, — ты могла бы попробовать новую книгу?

Она закатила глаза.

— Ага, ладно. Конечно.

— Эй, твоей любимой книгой может стать та, которую ты ещё не читала.