И тем не менее, я должна была чувствовать именно это, ведь нас отделяли считанные дни до того самого этапа. Всё, что мне нужно было сделать, — это принять ту розу. А пока я не могла дождаться момента, чтобы узнать еще больше о своем невероятном мужчине из мечты.

— Мне нравится ход твоих мыслей... — сказала я, беря в руки несколько карточек.

— Что ж, это далеко от мысли, будто я выяснил всё, что можно знать о тебе, с момента нашей первой встречи, — произнес он.

Я закатила глаза.

— Думаю, с тех пор ты узнал гораздо больше, но не уверена, что осталось что-то еще, — пошутила я.

Генри подался вперед, забирая часть карточек.

— Дай мне парочку, — попросил он.

— Ладно, я пойду первой, — произнесла я, сразу же зачитывая вслух первую карточку с верха своей стопки. — Если бы ты мог заново пережить любой момент своей жизни, что бы это было? — спросила я.

— Нет ничего, что я хотел бы пережить снова. Ни за что на свете, — резко ответил он.

— Совсем ничего?

— Совсем ничего, и я могу сказать это с уверенностью, потому что надеюсь: ты веришь мне, когда я говорю, что на свете нет места, где я предпочел бы находиться больше, чем здесь и сейчас, рядом с тобой. Это тот момент, в котором я хотел бы остаться подольше, — произнес он, удерживая мой взгляд каждым произнесенным словом.

Мое тело ослабло, и я поднесла бокал к губам, надеясь, что это скроет жар, поднявшийся к моим щекам.

— Я действительно это имею в виду, Молли. Я чувствую себя невероятно счастливым оттого, что ты здесь со мной.

Я кивнула.

— Знаю, я чувствую то же самое.

Он улыбнулся, глядя на свою стопку карточек, и, если мне не казалось, его щеки тоже порозовели.

— О, как интересно, это вопрос из двух частей. Первый: если бы ты могла добавить три события, которые, как ты знала бы, произойдут в твоем будущем, или если бы ты могла изменить три события из своего прошлого, что бы ты выбрала?

Что бы я выбрала? Я знала, что выбрала бы его. Я знала, что выбрала бы новую карьеру — такую, которая зажгла бы во мне огонь и энергию, позволенные мною угаснуть. Но стоило мне задуматься обо всем том, что я хотела бы изменить в своем прошлом, как мое сердце мгновенно упало, а в горле застрял ком. Мне не нужно было ничего говорить — Генри тут же выскочил из своего пуфа, обогнул столик с моей стороны и опустился рядом. Он крепко обнял меня до того, как успели пролиться слезы. Мне хотелось сглотнуть их обратно. Мне хотелось нарисовать улыбку на лице. Меньше всего на свете мне хотелось испортить хоть малейшую часть этого момента. Того самого момента, который, по его словам всего несколько минут назад, был одним из его любимых.

Две слезы скатились из моих глаз, прежде чем я судорожно шмыгнула носом, сдерживая остальные.

— Прости, Молли. Мне не стоило даже задавать этот вопрос. Конечно, я и сам знал на него ответ. Это было совершенно ни к чему.

— Нет, все в порядке, — ответила я, качая головой и вытирая щеки. — Это был хороший вопрос. Я в порядке, я в порядке, — проговорила я, шмыгая носом. — Знаешь, просто есть вещи, которые я никогда до конца не пойму. Я прошла через годы и годы терапии, могу долгое время чувствовать себя нормально, а потом — бац, двадцать лет спустя, и меня вдруг накрывает так, будто всё произошло вчера. Никогда не угадаешь, когда это случится, но порой меня просто захлестывает волна, как будто даже спустя столько времени ничего не становится лучше.

— Я понимаю это лучше, чем ты думаешь, — произнес он.

И, зная через что ему пришлось пройти, помимо моей сестры, он был единственным человеком, который мог произнести эти слова и действительно вложить в них смысл.

— Ты тоже иногда так себя чувствуешь? — спросила я, высвобождаясь из его объятий, чтобы повернуться к нему лицом.

Он кивнул.

— Абсолютно. И я пришел к выводу, что это часть моей жизни, это эмоция, которая заложена во мне и время от времени вырывается наружу. От этого невозможно убежать. Это берет верх каждый раз, когда жизнь становится слишком тяжелой и невыносимой. Сначала появляется тошнотное чувство, а затем оно просто полностью захватывает меня, и я снова чувствую себя тем маленьким мальчиком, свернувшимся калачиком на улице и смотрящим на звезды. Так что, полагаю, я смирился с тем, что с этим просто приходится жить, с тем, что может захлестнуть в любой момент, создавая иллюзию, будто ты вообще не продвинулся вперед... но есть вещи, на которых я концентрируюсь и которые внедрил в свою жизнь, чтобы хоть немного облегчить боль или научиться лучше справляться с этой волной.

— Например?