— Рай, — произнес Генри, поднимая лицо к солнцу и медленно разглядывая пушистые белые облака над нашими головами.

— Нет, я имею в виду, ты дал своему острову какое-то название? Не могу сказать, что я слишком много знаю о владении подобными участками земли, но у него ведь наверняка есть имя.

На его лице появилась та самая сладкая усмешка, которую я так любила — та, что обнажала ямочки на обеих щеках и делала линию его подбородка еще более очерченной, чем я считала возможным.

— Да, его можно называть, — ответил он.

— И...

— Сейчас ты отдыхаешь на мисс Бентли, — сказал он.

— Ладно... — протянула я.

Должна признать, имя было милым, но куда более оригинальным, чем я от него ожидала. И уж точно это было не то название, которое я предполагала услышать для целого острова. Я ждала, что он вдастся в подробности... но он не стал.

— И если не считать очевидной фамилии, почему ты его так названил?

— Думаю, это место было моей первой настоящей любовью. Звучит глупо, знаю, даже претенциозно. Понимаю, как это со стороны выглядит, Молли, поверь: бедный самодеятельный миллиардер с трудным прошлым влюбился в собственный клочок земли.

— Я думаю, это не просто клочок земли, — возразила я. — Это рай, ты сам так сказал.

— Верно, — он улыбнулся. — Печально, что я провожу здесь так мало времени. Я обожаю это место, но приезжать сюда в одиночку, после всей суеты Нью-Йорка... если тебе не с кем сюда приехать, может быть чертовски одиноко. Я так рад, что ты здесь, Молли, — мягко добавил он.

— А я рада, что ты меня пригласил.

Он улыбнулся и снова лег на дорожку у бассейна, по-прежнему свесив ноги в воду, и потянулся за книгой. Он читал Великого Гэтсби — как он мне рассказывал, одну из его любимых книг, самую зачитанную, к которой он постоянно возвращался, чтобы каждый раз заново вчитываться в прозу под совершенно новым углом. Это было очень на него похоже.

Генри говорил, что покажет мне библиотеку и составит список своих любимых произведений. Сама мысль об этом мне нравилась, но расслабиться и почитать прямо сейчас я никак не могла. Я все еще хотела его, и мои мысли неизменно продолжали блуждать. Не знаю, перестанут ли они когда-нибудь блуждать, когда он рядом. Наверное, в этом и заключается любовь, или, может быть, это происходит, когда встречаешь свою половинку.

— Если это была твоя первая настоящая любовь, почему ты назвал его мисс Бентли? — спросила я.

Он оторвал взгляд от книги, поджав губы и покусывая изнутри щеку, внимательно изучая меня. Я нарочно откинула волосы назад через плечо, следя за тем, чтобы верх моего декольте выглядывал из воды. Но Генри по-прежнему не сводил с меня глаз. Настоящий джентльмен, в котором, я была уверена, таился далеко не один фетиш. И мне не терпелось исследовать их все.

— Мне почему-то нравится больше «мисс», а не «миссис». По-моему, она молода, она только начинает жить, и пусть даже она принадлежит мне и я предан ей, мне все еще кажется, что в ней столько неизведанных граней, столько всего, что мне хочется узнать и понять, — произнес он, устремив взгляд в глубину темно-зеленых зарослей позади нас.

Мне нравилось, как он говорил о своем острове и о слове «мисс». Это заставляло задуматься: а не так ли он относится и ко мне? Не поэтому ли он называл меня мисс Молли?

Прежде чем я успела задать новые вопросы, без всякого предупреждения хлынул дождь. Сначала это были лишь редкие капли, но за считанные минуты на нас обрушился настоящий ливневый поток. Генри бросился за полотенцами, а я выбралась из бассейна. Он набросил одно полотенце себе на плечи. Его лицо и тело были мокрыми, темные волосы потемнели и удлинились, а капли дождя стекали вниз. Другое полотенце он протянул перед собой и тут же укутал меня в него. Он крепко обнял меня, пока мы бежали через заднюю дверь особняка Генри. Прижавшись друг к другу и подрагивая от холода, мы обернулись, глядя на оставшийся позади ливневый дождь.

— Это было совершенно неожиданно! — воскликнула я.

— Знаю, здесь такое случается сплошь и рядом. Мисс Бентли обожает полуденные солнечные ливни. Мне стоило посмотреть на тучи. Но, полагаю, я просто немного отвлекся, — сказал он, наклоняясь совсем близко к моему уху, так близко, что я чувствовала его теплое дыхание на затылке, и это мгновенно меня успокоило.

Я подняла на него глаза, все еще находясь в кольце его рук, наши губы почти соприкасались, пока звук шагов за спиной не разрушил этот момент. Мы оба резко обернулись.

— О, мисс Молли, — произнесла Джеки, подбегая к нам с длинным розовым цветочным кимоно в одной руке и футболкой в другой.

Генри еще раз провел полотенцем по волосам, прежде чем передать его Джеки, и взял из ее рук серую футболку. Джеки начала кутать меня в кимоно, а когда я просунула руки в рукава, она забрала у меня мокрое полотенце.

— О боже, как же здесь тепло и уютно, — сказала я, запахивая легкий, но излучающий тепло материал вокруг тела и завязывая его спереди.