— Можете проводить вместе столько времени, сколько пожелаете. Делайте, что должны. Когда она будет готова, я выпущу Николаса. Вы двое сможете выбрать продолжительность его наказания. Вечность? Прекрасно. Не сможете вынести? Он останется в бездне – параноидальный, дергающийся, мельком видящий жизнь, как воспоминание, которого он никогда не заслуживал.

— Спасибо тебе, Греховный.

Она кивает, и я киваю в ответ. Рога скрипят под собственной тяжестью. Чертовы штуковины. Однажды я сброшу их ради хорошей короны.

Они заслужили это. Не райскую иллюзию блаженства. Это – настоящий Ад. Первобытный. И, приятный бонус – здесь можно трахаться.

Ну, типа, постоянно. Серьезно. Некоторые души даже не ждут. Групповые сессии, цепи, астральные игры с веревками – практически урок физкультуры со стонами.

Когда Рин исчезает в огненных вратах, и ее очертания поглощает золото и алое, я перевожу взгляд на приближающуюся линию новоприбывших.

Энни выбирает новое обличье – неудивительно. Юное, могущественное. Пылающее местью. Я позволяю изменение возраста только когда чувствую поэзию. Других? Я состариваю так, что зубы выпадают на полуслове.

Они воссоединились. И теперь у них вечность. Даже если это в развратной темнице гнева.

Однажды я покину это место. Выберу кого-нибудь другого править. Кого-то, кто, возможно, убедит Большого Парня переписать сценарий.

Но до тех пор… я остаюсь королем.

А иногда… даже короли одиноки.

Сначала появляется лишь тень – не душа, и не совсем человек. Просто первобытный голод в женском обличье.

Одна из редких. Ведьма, умершая при родах столетия назад. Она продала остатки своей души мне в обмен на месть. И я даровал ей эту месть. А затем, взамен, забрал ее тело – не для мук… а ради ночей, подобных этой.

Ее имя когда-то шептали языки перепуганных мужчин – Изобель Гоуди9.

Она входит в мои покои, и бедра ее – грех, губы – яд, а взгляд – словно ничто и никогда в этом мире ее уже не удивит. Ее тело буквально сочится похотью и злобой.

— Ты призывал меня? — мурлычет она.

— Нет, — говорю я, уже твердый при одном ее виде. — Это ты призвала меня.

В ту секунду, когда она садится на меня верхом, любезности не нужны. Ее рука проскальзывает между нами, поглаживая мой член с отточенной жестокостью, и пальцы уже влажные от ее собственного возбуждения. Она направляет меня и насаживается до упора одним плавным, порочным движением.

— Блядь, — рычу, закатывая глаза.

Она хищно ухмыляется.

— Всё еще самый большой во всём Аду.

Она скачет на мне, как проклятие, насаживаясь на член с порочным намерением. Ее ногти проходятся по моей груди, оставляя светящиеся дорожки на коже. Толкаюсь в нее снизу, вколачиваясь сильнее, глубже, пока сам трон не начинает стонать под нами.

— Скажи это, — стонет она, вжимаясь в меня бедрами.

— Сказать что? — рычу и оттягиваю ее волосы назад, обнажая горло.

— Что ты скучал по мне.

Вбиваюсь в нее сильнее, снова и снова, ее грудь подпрыгивает, и стоны становятся громче с каждым толчком. Ее киска сжимается, как кулак, горячая и ненасытная.

— Я скучал по этой тугой, блядь, пизде, — рычу я. — Скучал по тому, как разрываю ее.

Ее смех дикий и бездыханный.

— Тогда разорви меня снова.

Я переворачиваю ее – ноги широко разведены, задница выгнута для меня. Снова вколачиваюсь в нее, яйца шлепают по промокшей киске с каждым жестоким толчком. Она кричит, впиваясь ногтями в кости трона, выгибая спину.

Шлепаю ее по заднице, любуясь, как она краснеет, а потом хватаю за горло и тяну ее вверх, к себе, трахая так, будто владею каждым дюймом ее тела – потому что так и есть.

Оргазм накрывает ее, как одержимость. Она содрогается, выкрикивая мое имя, трепеща на моем члене, выдаивая меня.

Я не останавливаюсь.

Не останавливаюсь, пока со стоном не изливаюсь прямо в нее, пока мы оба не превращаемся в беспорядок из пота, следов от укусов и удовлетворенного греха.

Она обессиленно падает вперед, дыхание рваное.

Наклоняюсь и слизываю пот с ее позвоночника, как тот развратный ублюдок, которым и являюсь.

— Собираешься теперь сделать меня своей королевой? — шепчет она.

Я издаю низкий смешок, уткнувшись в ее кожу.

— Нет, Изобель. Но ты навсегда останешься моим любимым грехом.

Перевод телеграм-канала:

BH translate

[

←1

]

Holden Commodore ‒ культовый австралийский автомобиль среднего класса, выпускавшийся компанией Holden.

[

←2

]

VIN ‒ уникальный серийный номер транспортного средства, состоящий из 17 символов. По нему можно легко отследить историю машины и ее владельца.

[

←3

]

«Лестница Иакова» ‒ вид интимного мужского пирсинга, представляющий собой ряд последовательных проколов вдоль нижней стороны ствола пениса, в которые вставляются штанги или кольца. В процессе секса создает интенсивную дополнительную стимуляцию для обоих партнеров.

[

←4

]