Эллингтон: Странно

Эллингтон: Она сидит в телефоне?

Маттео: Не-а, в последние дни им не пользуется

Эллингтон: Тогда почему отвечает на мои сообщения, а на мамины – нет?

Эллингтон: Алло?

Эллингтон: Чувак, давай, не игнорь меня

Маттео: Придется спросить у Айви

Эллингтон: Уже, она мне не говорит

Маттео: Ну вот тебе и ответ

Эллингтон: Предан моей сестре, а не мне?

Эллингтон: Странно

Маттео: Ты просто не привык, когда люди говорят тебе «нет»

Эллингтон: Поправочка

Эллингтон: Я не привык, когда девушки говорят мне «нет» ;)

Маттео: Вызывать у меня рвотный рефлекс так поздно вечером должно быть преступлением

Эллингтон: Ты такой ханжа

Эллингтон: Готов поспорить, втайне ты тот еще извращенец

Маттео: Странно то, что ты вечно пытаешься выяснить, извращенец ли я

Маттео: Ты что, тайно влюблен в меня?

— Я выиграла, — заявляет Айви в пятый раз за сегодняшний вечер.

Я наклоняюсь, чтобы проверить, не завалялись ли карты под журнальным столиком.

— Ложь! У тебя оставалось две карты!

Ее ухмылка такая же самодовольная, как и тон.

— Да, а потом я положила карту. Ты снова взял четыре, и я просто положила свою последнюю. Так что я выиграла.

Я откидываюсь назад, закинув руку на спинку дивана.

— Это подстава.

— Нет, просто ты не умеешь проигрывать, — она морщится. — И плохо играешь в «Уно».

— Я нормально умею проигрывать!

— Говорит тот, кто утверждает, что я жульничала в каждой игре.

Я выгибаю бровь.

— А разве нет?

Айви посмеивается.

— Боже мой, нет!

— Ладно, ладно, беру свои обвинения обратно.

Скрестив руки на груди, Айви дразнит:

— Тогда скажи, что я лучший игрок в «Уно».

— Не многовато ли гонора?

— Не слишком ли задето самолюбие?

Закатив глаза, просто чтобы задобрить ее – все что угодно, лишь бы задобрить ее, – я признаю:

— Ты отлично играешь в «Уно».

— Лучше всех, — поправляет она.

Шутовски поклонившись, я тяну:

— Лучше всех, — и тут мне в голову приходит идея. Поднявшись с пола, где мы последние два часа играли в «Уно», пили вино и наблюдали за бушующим вокруг нас штормом, я иду к рабочему уголку у окна и выдвигаю один из ящиков. — И чтобы отпраздновать твою череду побед, у меня есть сюрприз.

Медленная улыбка расползается по ее лицу.

— О?

Я не был уверен, когда стоит отдать это Айви. Я даже не могу объяснить, почему все это время держал вещь у себя. Сначала потому, что не хотел, чтобы грузчики повредили ее при переезде, а потом словно интуиция подсказала мне подождать.

Спрятав сюрприз за спиной, я медленно возвращаюсь к журнальному столику. Затем протягиваю его между нами, наблюдая, как улыбка медленно сползает с ее лица.

— Моя камера, — выдыхает она, не пытаясь забрать ее из моей протянутой руки.

Сев рядом с ней, я слишком отчетливо замечаю, как бешено пульсирует жилка у нее на шее, как ее грудь вздымается и опускается немного быстрее, чем раньше.

— Я знаю, как много она для тебя значит. Я не хотел, чтобы она повредилась при переезде.

То, как Айви сглатывает, слышно отчетливее и гораздо громче, чем ее прошептанное:

— Спасибо.

Нахмурившись, я пододвигаю камеру ближе к ней.

— Возьми.

Ее глаза поднимаются на меня, прежде чем метнуться обратно к камере; ее кожа становится пепельно-бледной.

— Птичка? — осторожно зову я.

Вырвавшись из оцепенения, она медленно тянется к ней руками. Они слегка дрожат.

— Мне не стоило? — настороженно спрашиваю я, сбитый с толку.

На последней прогулке мы говорили о ее увлечении фотографией. Казалось, она по-прежнему любит это хобби, но такая реакция не свойственна девушке, любящей фотографировать. Она выглядит так, словно ее тащат на смертную казнь.

— Нет, все в порядке, просто... я давно ее не видела.

— Когда ты в последний раз ею пользовалась?

Айви прочищает горло.

— Одиннадцать месяцев назад.

— Как-то слишком конкретно.

— Я помню, когда в последний раз снимала на нее.

— Может, сходим еще в один поход? На этот раз подлиннее. Не завтра, а послезавтра? — она кивает головой, но я боюсь, что на самом деле она меня не слышит. — Мы не обязаны, если ты не хочешь...

— Нет, я бы с радостью, — она делает паузу, прежде чем медленно, словно это бомба, положить камеру на журнальный столик. — Но думаю, я все-таки пойду и куплю себе новую.

Моя голова резко откидывается назад.

— Почему? Она сломана?

— Нет, я просто... хочу новую, наверное.

— Я могу купить те...

Рука Айви метнулась вперед и нежно сжала мою.