Я перевожу взгляд на Беллу и внезапно слышу собственный голос.

— Поехали с нами, — она удивленно отшатывается, заставляя меня поспешно объясниться. — Поможешь Бэмби освоиться в первую ночь. Кажется, она без ума от тебя.

И не только она, хочется добавить.

Ее губы приоткрываются, и я нутром чую – чтобы отказать, но тут в разговор влезает Лайла.

— Я съезжу проведать маму. А тебе стоит поехать. Грейсон прав, Бэмби ни на шаг не отходит.

От взгляда, которым Белла одаривает лучшую подругу, я бы сжался в комок, но Лайла с улыбкой треплет ее по макушке, словно собаку.

— Давай, топай.

Белла поджимает губы.

— Мы с тобой еще поговорим.

Та усмехается.

— Жду не дождусь. Грейсон, позаботься о моей девочке, пока меня не будет, — дождавшись кивка, Лайла поворачивается к Кирану, который нагло вторгается в ее личное пространство. — Перестань распространять микробы. Ни секунды не сомневаюсь, что ты заразен.

Киран ухмыляется.

— Позволь мне и микробам проводить тебя до машины.

Белла округляет глаза.

— Черт, я же сама ее привезла. Дай только...

Киран подмигивает.

— Я беру это на себя, — прежде чем Лайла успевает возразить, он кладет руки ей на плечи, заставляя податься вперед от неожиданности.

— Прекрати попытки меня заразить!

— Я пытаюсь не заразить, а отвезти тебя домой.

— Это можно сделать, и не распуская руки, — с каменным лицом заявляет она.

— Прости, не уверен, что знаю, как остановиться.

— Кто бы сомневался, — бормочет Лайла себе под нос, машет Белле на прощание и дает деру.

Кирану ничего не остается, кроме как сорваться следом.

— Прекрати заставлять меня бегать, черт возьми!

Какое-то время мы с Беллой молчим, наблюдая, как Лайла ускоряет шаг, вынуждая Кирана перейти на бег трусцой.

— Они же поубивают друг друга, — произносит она.

— Очень на то похоже, — качая головой от поведения наших лучших друзей, я поднимаюсь на ноги. — Пойду улажу бумажные дела с Бэмби, а потом встретимся дома? Я не задержусь.

— Договорились. Заберу ее в машину.

Белла шагает вперед, и Бэмби с огромной радостью семенит следом.

При виде того, как Белла и собака удаляются, в груди поселяется какое-то глубокое чувство. Правильное чувство. Тепло, уют и безопасность. Поразительно похожее на то, что испытываю дома.

А еще возникает предчувствие, что Бэмби никогда не вернется в приют, и я готов жизнь поставить на то, что хитрый блеск в глазах Беллы имеет к этому самое что ни на есть прямое отношение.

Глава 40Грейсон

Киран Эшфорд: Ну пожалуйста

Грейсон: Чувак

Грейсон: Ты разве не отвез ее домой?

Киран Эшфорд: И к чему ты клонишь?

Грейсон: И она все равно не дала свой номер...

Грейсон: Не думал, что, может, просто не хочет делиться?

Киран Эшфорд: Да не, вряд ли

Киран Эшфорд: С чего бы ей не хотеть?

Киран Эшфорд: Я шлю шикарные мемы, под нее подобранные

Киран Эшфорд: Буквально награду за это взял

Грейсон: Ты сейчас про ту «награду», которую сами же и выдумали в баре?

Грейсон: Киран, ее вывели на залитой пивом салфетке

Киран Эшфорд: Но титул лучшего мемодела все равно за мной

— Лайла только что прислала сообщение. Киран ее подвез, — сообщает Белла, обходя автомобиль, припаркованный рядом с моим.

— Надо же, все-таки не прибили друг друга, — отзываюсь я, доставая Бэмби из салона и отпуская с поводка. Сбежать с участка ей некуда, а новые владения обнюхать просто необходимо.

— Пока что.

Пока я отпираю входную дверь, не теряя Бэмби из виду, с губ срывается вопрос:

— Как ты вообще относишься к тому, что Лайла надолго уезжает?

Бэмби метеором проносится внутрь дома, азартно повиливая хвостом, и коридоры тут же оглашаются ее деловитым сопением – новоиспеченная исследовательница изучает обстановку. Слава богу, у меня деревянные полы: если нужно будет привлечь внимание, смогу просто топнуть ногой, и она, хочется верить, почувствует вибрацию.

Тяжелый вздох Беллы шлейфом тянется к выходу на задний двор, пока я бреду вслед за Бэмби к террасе. Стоит малышке выскочить в сад, как ее тут же охватывает безумный азарт.

— Осуждать не будешь? — тихонько спрашивает Белла.

— Я никогда не стану тебя осуждать.

— Легко сказать, — бормочет она. — Я... я до ужаса боюсь ее отъезда. Лайла ведь моя лучшая подруга, да и больше того – главная опора. Мне и так приходится несладко из-за мамы, и просто не представляю, как останусь без ее плеча, на которое всегда можно опереться. Но стоит об этом подумать, как следом неизменно накатывает чувство вины, ведь Лайла заслуживает шанса на выздоровление.