— Все равно не до сна, — сказал Кирилл и взял в руки топор, отказавшись от ружья. — Кажется, будто все нереально и скоро проснусь у себя дома, а из кухни пахнет чем-то вкусным. Блинами с мясом, например.

— Я бы сейчас от блинов тоже не отказался, — механик распихал по карманам пули для охотничьего ружья. — Но больше всего мне хочется выпить чего-нибудь покрепче. Жаль, что на дирижаблях сухой закон. Я нарочно обшарил каюту капитана, но и там даже маленькой бутылки не нашел.

— Поддерживайте костер, — напомнил я и забрался под навес.

Женщины легли в одной части нашего большого шалаша, закутавшись в одеяла, мужчины заняли другую сторону. Я нашел свой рюкзак, положил его себе под голову и окунулся в безрадостные мысли.

Снова возникло препятствие на моем пути. Почему же мне так не везет? Неужели из-за меня упал дирижабль? Это я виноват в смерти людей?

На душе стало прескверно. Я попытался переключиться, поэтому чуть отодвинул край брезента и выглянул на улицу. Вокруг царила кромешная тьма, которую немного разгоняло лишь пламя костра.

Василий и Кирилл сидели у огня и о чем-то вполголоса переговаривались. Где-то вдалеке хрустнуло. Через несколько секунд хруст повторился намного ближе, будто шел кто-то огромный и тяжелый. Дежурные вмиг насторожились, поднялись на ноги и двинулись в сторону звука. Я тоже напрягся, прислушиваясь. Но время шло, однако звуков из леса больше не было, а вот люди начали шептаться. Кто-то жаловался на мокрую одежду, кто-то не мог вспомнить, куда дел свой чемодан, и принялся у окружающих спрашивать, не видели ли они коричневый чемодан с черной ручкой. Одна женщина нервно рассмеялась, но тут же замолкла и тихонько заплакала. Люди будто только оправились от шока и начали осознавать, что случилось.

Я решил, что сейчас самым лучшим решением будет заснуть. Неизвестно, что нас ждет завтра, но мое дежурство наступит через три часа. Дежурными мы выбрали только молодых и сильных мужчин, поэтому остальные смогут отдохнуть до утра. Уже засыпая, я услышал вдалеке чей-то отчаянный крик, а рядом, словно молитву, кто-то перечислял имена.

***

Родион Петрович радовался возможности остаться наедине с Устиновым. Он все сильнее убеждал себя в том, что уже завтра они найдут какую-нибудь деревеньку и деревенские помогут добраться до ближайшего города, откуда можно будет быстро и без проволочек доехать до Москвы. В окружении стольких людей вряд ли появится шанс остаться со знахарем наедине, поэтому он решил действовать незамедлительно. Этой ночью Устинов должен умереть.

Со спокойным сердцем он завернулся в одеяло и заснул, ожидая, что его разбудят в назначенное время.

***

Мне снилась моя прошлая жизнь. Будто идем мы с отцом по длинной оружейной мимо развешанных на стенах арбалетов, доспехов и мечей, которыми пользовались еще наши прадеды. Шли молча, но уверенно, будто явились сюда с определенной целью.

— Я говорил тебе не раз и напоминаю снова — только на это оружие ты можешь полагаться всецело. Оно никогда не подведет и не даст осечку, — сказал отец своим зычным сильным голосом.

— Не лучше ли иметь под рукой запасное оружие? — спросил я, ощущая знакомый запах прохлады подземелья, железа, кожи и дыма от факелов.

— Нет. Оно тебе не понадобится, когда достигнешь мастерства. Ты должен стремиться к этому постоянно. Даже в спокойные времена нельзя расслабляться. От тебя зависят жизни многих.

— Хорошо, отец, — ответил я, уверенно двигаясь рядом с ним.

Его мощная магическая аура пронизывала меня насквозь, придавая уверенность и спокойствие.

Сквозь узкие бойницы в помещение проникал золотистый свет заката. Металл и камни на рукоятках отбрасывали разноцветные блики. Тишину, царящую здесь, нарушали звуки наших шагов и капли воды где-то в швах каменной кладки.

Я увидел нишу, закрытую решеткой и запертую на большой навесной замок. Там хранилось самое ценное — парадные клинки, редкие образцы и различные награды.

Мы добрались почти до самого конца оружейной. Туда, где вдоль колонн стояли манекены в кольчугах, на полках лежали шлемы, справа располагался длинный стол оружейника с точильными камнями, брусками, напильниками, медными заклепками и горшочками со смазкой.

Я знал, что мы почти дошли до того оружия, которое хотел показать мне отец, и невольно ускорился. Вот в ряд стоят сундуки для разной мелочевки. В них лежат перчатки, ремни, запасные пряжки, наконечники для стрел, кисточки для чистки и прочее.

— Пришли, — с довольным видом сказал отец и указал куда-то в сторону.

Я повернулся в указанном направлении и в полутьме разглядел какой-то блеск. Медленно, с благоговением я двинулся между высоченными колоннами и оказался… у зеркала. На меня смотрел худощавый паренек с гривой непослушных волос. Это был Степан.

— Эй, вставай, пора, — меня потрясли за плечо.

Открыв глаза, я увидел мужчину — одного из пассажиров. Все случившееся навалилось разом, и я с раздражением выдохнул. Дирижабль, падение, смерть членов экипажа.