Я забираю пиджак и взамен опускаю ключи ей на ладонь. Разница в нашем росте становится гораздо заметнее, когда нас разделяет всего метр. Даже в туфлях она едва достаёт мне до верхней части плеч. Я жду, ожидая, что она войдёт в дом, но вместо этого Айви бормочет что-то вроде «не стану ждать ни секунды дольше» и начинает с трудом снимать чёрные туфли на каблуках, стоя на траве.

— М-м-м… боже, как же хорошо.

Она издаёт хриплый стон, заставляющий меня тяжело сглотнуть.

— Я весь вечер хотела их снять, — невинно хихикает она, когда снимает вторую туфлю и становится ещё ниже.

Она поднимает на меня взгляд и улыбается.

Я отвожу взгляд, пытаясь очистить голову от звуков, которые она издаёт, пока она бормочет, как приятно чувствовать траву босыми ногами, говорит что-то о единении с землёй, а я указываю на её входную дверь. Она смотрит на неё, затем снова на меня с выражением — ты серьёзно?

— Думаю, я сумею добраться внутрь, босс. Можешь идти домой. То есть с твоей веранды видно мою веранду.

Она указывает на мою хижину, расположенную всего в двухстах метрах отсюда.

Я качаю головой.

— Я пойду домой, когда ты окажешься внутри.

Она запрокидывает голову и смеётся, неторопливо поднимаясь по ступенькам крыльца.

— Ладно, так и быть, подыграю тебе, — бросает Айви через плечо. — Но только потому, что я немного выпила. Хотя я уже большая девочка и могу сама о себе позаботиться.

Она похлопывает по сумочке и подмигивает.

— Спрей от медведей.

Разумеется, у неё в сумочке есть спрей от медведей. Этой маленькой петарде он, скорее всего, даже не понадобится — она наверняка подружится с медведем и начнёт кормить его у задней двери.

— Спокойной ночи, шеф, увидимся с утра пораньше, — напевает она.

Её дверь закрывается, а я остаюсь стоять на месте, качая головой вслед урагану по имени Айви Спенсер.

Я перекидываю пиджак через предплечье и прохожу небольшое расстояние до своей хижины, «Блуграсс».

Моя хижина — самая большая на территории ранчо, если не считать самого большого дома. Хижина босса, единственная с двумя спальнями и двумя ванными комнатами, и после возвращения сюда из-за расставания я наконец обустроил её так, как хотел. Большую часть работы по обновлению кухни я выполнил сам, с помощью Коула.

Я захожу в прихожую и включаю свет. С облегчением выдыхаю. Моё место. Тёмные бревенчатые стены и потёртые деревянные полы заполняют открытое пространство. Здесь всё ещё слабо пахнет кожей и табаком, оставшимися от прежних жильцов за долгие годы. В небольшой кухне прямо впереди установлены новые шкафы из орехового дерева и бытовая техника из нержавеющей стали.

Слева находится просторная гостиная с камином из булыжника от пола до потолка и окнами, из которых видны большой дом и конюшни вдали. Идеальное место, чтобы в конце дня посидеть с виски, слушая любимые пластинки. А ещё единственное место, где мне не приходится беспокоиться о том, что нужно всеми руководить, о ранчо, о стареющей матери, которая живёт одна, о том, как заменить отца, о Жанель, о будущем.

Здесь я могу быть просто Уэйдом, кем бы, блядь, он ни был в последнее время. Нет времени на самокопание, когда на тебе целое ранчо, а давление из-за Дерби следующего года дышит в затылок. Я ослабляю галстук и скидываю с ног чертовски неудобные классические туфли. Я мысленно перебираю завтрашние рабочие дела, когда чувствую, как что-то лёгкое касается моей ноги, пока я вешаю пиджак.

Я наклоняюсь, подбираю и рассматриваю поближе. Айви носила мой пиджак всего каких-то двадцать грёбаных минут. Я подношу мягкую ткань к носу и вдыхаю её сладкий, почти сахарный запах. Да чтоб меня, как же приятно. По пути в душ я бросаю чёрный атласный скранч в корзинку на холодильнике.

Что нашёл — то моё.

Глава 2

Нэш: «Доброе утро, парни. Сержант, спасибо, что прошлой ночью принял удар на себя и отвёз Айви домой. Я проверил, чтобы твой пикап был заперт, когда уходил, и позже могу заехать за тобой, чтобы ты его забрал».

Нэш: «И ещё, она хорошо повеселилась? Рэй не перестаёт о ней говорить».

Я: «Она повеселилась даже слишком хорошо, потому что эта семья, похоже, вообще не умеет соблюдать профессиональные границы».

Коул: «Нэш, не обращай на него внимания. Он просто бесится, потому что ему пришлось сидеть в двух метрах от неё и делать вид, будто он не заметил, как она выглядела в том красном платье».

Я: «Она моя сотрудница».

Нэш: «Твоя сотрудница? Я тоже когда-то так говорил. Может, сама мысль о том, что тебе не следует на неё смотреть, заставляет тебя хотеть этого ещё сильнее?»

Коул: «Блядь. Мы обсуждали это уже слишком много раз. Пора прекращать».

Нэш: «Простите, вы двое — мои единственные друзья».

«Я даже не видел, как вы ушли. Вернулся из кабинета, а вас уже не было».

Я: «Мы вас искали, но вы с Сиси пропали без вести, и мы не хотели знать почему».

Коул: «Опять же, не тот образ, которым мне хотелось бы дополнить утренний кофе. Прости Господи».