— Я уже начала думать, что он вообще махнул рукой на женщин, — добавляет Оливия.

— Он мой босс, — говорю я, глядя прямо на Сиси.

Меньше всего мне хочется, чтобы она или кто-либо ещё в этой семье решили, будто у меня есть скрытые мотивы в отношении Уэйда. Хотя втайне меня ужасно раздражает, что в последнее время мне всё сложнее о нём не думать.

— Я тоже когда-то так говорила, — фыркает Сиси, и остальные девушки начинают смеяться.

Мне следовало догадаться, что она в любом случае не станет обо мне плохо думать.

— Босс он тебе или нет, но смотрит на тебя так, словно уже готов купить билет в один конец к твоим прелестям, — смеётся Джинджер, поднимаясь за новой порцией сангрии. — Долить?

Я киваю и протягиваю ей почти пустой бокал.

Не знаю, что здесь говорить. Если расскажу слишком много, всё может дойти до Уэйда, и я умру от стыда. Если слишком мало, они поймут, что я несу чушь. Оказывается, дружба с девушками — довольно сложная штука.

— Мы, эм… довольно хорошо ладим. Иногда мне кажется, что я его раздражаю, а иногда мы будто действуем на одной волне, если это вообще имеет смысл.

— Имеет, — говорит Сиси. — В ближайшее время вам придётся очень тесно работать вместе. А как говорит моя мама, время умеет само расставлять подобные вещи по местам.

Она подмигивает, и я с облегчением вздыхаю, радуясь её лёгкому отношению.

— Босс он тебе или нет, факт остаётся фактом, он свободный ковбой, — щебечет Джинджер с кухни.

— Скажи, — Оливия смотрит на Джинджер. — Мы все знаем, что ты собираешься сказать.

Я в полном замешательстве смотрю на Джинджер, когда она возвращает мне бокал, до краёв наполненный восхитительной сангрией Нэша с фирменной добавкой мамы Джинджер.

— Теперь ты всё испортила, — говорит Джинджер.

— Ладно, я скажу. Спаси… — начинает Оливия.

— Нет-нет, это моя фраза, — перебивает Джинджер, глядя мне прямо в глаза. — Послушай, Айви, Уэйд всегда был горячей штучкой. Я просто говорю, если представится возможность, спаси лошадь. С научной точки зрения, вероятно, даже поможет тебе лучше тренировать, потому что ты будешь меньше нервничать и ещё сильнее настроишься с ним на одну волну. Тут даже думать не о чем.

Оливия смеётся, а Сиси стонет.

— Господи, этот город слишком маленький. Мне нужно состоять в родстве с меньшим количеством местных одиноких мужчин, — смеётся она, и я поневоле улыбаюсь.

— О-о, кстати об одиноких мужчинах. Давайте разыграем Коула и скажем, что сделали что-то незаконное, — хихикает Джинджер, доставая телефон из сумочки.

Поскольку каждая из нас уже выпила на один бокал больше, чем следовало, всем идея кажется великолепной.

Мы затаиваем дыхание, пока идут гудки, а Джинджер включает громкую связь, чтобы слышали все. На заднем плане доносятся крики Нэша и Уэйда, орущих на футбольный матч.

— Не очень-то надёжный у тебя список, если никто другой не согласился тебя забрать, Соблазнительница, — отвечает Коул, и я задаюсь вопросом, понимает ли Джинджер, насколько крепко держит этого мужчину за яйца каждым произнесённым словом.

— Ты был первым, кому я позвонила, малыш. Мне нужен представитель закона. Мы опрокинули корову мистера Саулито.

Мы втроём пытаемся смеяться как можно тише. Очевидно, мы прекрасно справляемся.

— Не увольняйтесь с основной работы ради актёрской карьеры, — совершенно безэмоционально отвечает Коул.

— Правда, приезжай и спаси нас, малыш. Нас сейчас заберут в тюрьму, — говорит Джинджер голосом актрисы из южной драмы пятидесятых годов.

— Четыре подвыпившие женщины общим весом двести килограмм, одна из которых с травмированной лодыжкой, опрокинули корову весом в восемьсот килограмм?

— Мы сильнее, чем ты думаешь, Коул, — говорит Джинджер, уже всерьёз возмущённая тем, что он ей не верит, пока остальные из нас беззвучно умирают от смеха.

— Я знаю, что ты чертовски сильная, женщина. Но на заднем плане слышно, как смеются твои грёбаные приспешницы. Они не такие незаметные, как думают. Я полицейский, помнишь? Я довольно легко распознаю чушь.

— Чёрт возьми, вам нужно лучше работать под прикрытием! — кричит на нас Джинджер. — В следующий раз мы постараемся убедить тебя получше. И ещё мне определённо понадобится, чтобы ты отвёз меня домой, так что приезжай пораньше. Пока-пока, Папочка-В-Законе.

— Блядь, буду в одиннадцать, — говорит Коул и вешает трубку, пока мы хохочем.

— Кстати о спасении лошади, когда вы двое уже просто сделаете это? Очевидно же, это судьба, — выпаливаю я.

Все трое поворачиваются ко мне.

«Блядь. Мне не следовало говорить?»

Сиси фыркает.

— Да ладно. Они слишком близки для такого.

Она смотрит на Джинджер в ожидании подтверждения. Та на мгновение замирает, а затем переводит взгляд с Сиси на меня.