Она хлынула в меня вместе с поцелуем — темная, почти безграничная. На губах появился терпкий, чуть горьковатый привкус. От него закружилась голова, а то, что бушевало внутри, рванулось вперед и начало исступленно впитывать этот живительный поток, каплю за каплей.

Мужчина целовал так, будто хотел выпить весь мучивший меня огонь, забрать каждую искру. Я ответила с той же отчаянной жадностью, обвила руками его шею, царапнула ногтями широкие плечи.

Он издал глухой звук, почти рычание, и углубил поцелуй. Провел свободной ладонью по моей спине — решительно, требовательно — и обхватил талию.

Я не могла отвернуться. Да и не хотела.

Мне было мало, отчаянно мало всего — его присутствия, его тела, его близости.

Когда мужчина на миг отстранился, сама подалась следом, ловя губами его дыхание.

— Еще, — шепнула чуть слышно.

Но он понял.

В полумраке снова блеснуло серебро.

Больше ничего — ни лица, ни выражения.

Лишь этот короткий всполох и голод, который я ощущала не менее отчетливо, чем собственный.

Он хотел меня так же сильно, как я его. Осознание этого отозвалось сладкой дрожью внизу живота.

Мужчина медленно провел губами по моей щеке и опустился к уху.

— Ты пожалеешь, — выдавил хрипло.

Горячее дыхание обожгло кожу.

— Может быть… Потом…

Время жалеть еще наступит. Время разбираться, кто я и где нахожусь. Но сейчас мне нужен был только он…

Мужчина поднялся вместе со мной — легко, одним стремительным движением. Несколько шагов — и мир качнулся. Под спиной оказалась прохладная ткань покрывала, сверху — его тяжесть, жар и губы, снова завладевшие моим ртом.

Ленивого, насмешливого незнакомца больше не существовало. В нем жила только жажда. Испепеляющая. Почти пугающая.

Каждое прикосновение приносило облегчение. Мучительный жар отступал, стекал к его рукам, губам и тут же возвращался, но уже другим — понятным, желанным, томительным.

Широкая ладонь скользнула по моему боку, собрала складками длинную юбку. Пальцы крепче сжали обнажившееся бедро, подтягивая меня ближе, и я застонала, выгибаясь навстречу.

Уже не понимая, где заканчивается его магия и начинается желание.

Все смешалось: тепло мужского тела, запах кедра, сухой треск ткани, мои пальцы в его волосах, его губы на моей шее. Между нами почти ничего не осталось — ни воздуха, ни расстояния, ни здравого смысла.

Еще одно движение — и последняя граница исчезнет.

Я ждала этого. Хотела.

Но незнакомец вдруг… замер.

Не замедлился — застыл всем телом, словно наткнулся на незримую стену. Или… к чему-то прислушивался...

____

Дорогие мои!

После затянувшегося перерыва, болезни и недавней операции я наконец возвращаюсь к вам с новой книгой.

Спасибо за то, что ждали, верили, переживали. Спасибо за теплые слова. Вы лучшие читатели на свете!

Надеюсь, вы поддержите и эту новинку — своими лайками, библиотеками, комментариями. Для меня сейчас это особенно важно. И я невероятно соскучилась по нашему дружному междусобойчику в комментариях:)

Глава 1.5

Несколько секунд он оставался совсем близко. Слишком близко. Его ладонь по-прежнему лежала на моем бедре, губы касались виска, сердце билось часто и тяжело. И лишь затем он неохотно, с заметным усилием, отстранился. Сел, провел рукой по лбу, коротко выругался сквозь стиснутые зубы.

— Кто ты? — Его голос сорвался на хрип, но он упрямо удерживал себя на расстоянии. — Кто ты, проклятье?!

Я лишь неопределенно передернула плечами. Не представляла, что ответить. Да и не могла. Без его прикосновений боль опять начала нарастать, расползаться по венам, впиваться в каждую клеточку.

Потянулась к мужчине, но он остановил мою руку. На секунду хватка стала слишком крепкой, затем ослабла, а он прикрыл глаза и сделал глубокий вдох. Еще один. И еще…

Его желание никуда не исчезло, просто теперь оно было заперто. Подчинено.

— Смотри на меня!

Суровый, чеканный тон заставил невольно вздрогнуть.

Смотреть? Куда? Лица я по-прежнему не видела — только смутный темный контур и завораживающие серебряные глаза.

Некоторое время он молча вглядывался в меня.

— Ты отравлена.

Слова прозвучали сухо, почти зло. И тут же последовал новый приказ:

— Не двигайся!

Одной рукой мужчина снова обхватил мой затылок, вторую прижал к груди — прямо над бешено колотившимся сердцем. А затем под его ладонью вспыхнул огонь. Неправильный, оранжево-синий, с почти белыми всполохами. Он стек с чужих пальцев, стремительно ворвался внутрь, и у меня разом перехватило дыхание.

Я ждала, что от пламени станет только хуже, что оно окончательно уничтожит меня, но этого не произошло. Оно ощущалось удивительно свежим, почти прохладным — проникло в кровь, столкнулось с внутренним жаром и заставило его смириться, сдаться.

Новая волна незнакомой магии прокатилась по мне, разливаясь до самых кончиков пальцев, и боль утихла, а вместе с ней ушла терзавшая меня лихорадка. Следом исчезло желание бороться, двигаться, вообще что-то понимать. Осталась только глубокая, почти сладкая усталость.