Бедная девушка. Меня пронзило острое осознание того, через что ей пришлось пройти. Это тело пережило серьезные травмы и отчаянную боль. Но ее так и не оставили в покое. В купальнях на нее точно покушались: разбили голову и заперли, скорее всего, уже бездыханной в мужской душевой. Словно поиздевавшись на прощание.

Как же ей было в последние минуты страшно, одиноко и совершенно беспросветно валяться там, брошенной изломанной куклой. Я аккуратно размазала светлый грим, снова скрывая полоски рубцов.

Мое сердце жгло огнем, но внешне я была совершенно собрана и спокойна. Дарика Морри… измученная и изувеченная… Я, Дарья Сергеевна Борн, гостья из далеко мира, которую ты приютила… клянусь своей новой жизнью - я найду каждого, кто тебя обижал, каждого, кто повинен в твоих страданиях и ранней гибели. Они заплатят по всему счету с процентами.

Смахивая с ресниц навернувшиеся слезы, я скидывала сорочку, взамен – решительно натягивала платье словно облачалась в доспех и обещала, обещала хорошо прожить эту жизнь и за Дарику, и за себя. Не сдаваться, не прощать, стать счастливой, несмотря ни на что.

Мои движения были точными и уверенными, потому что - решение было принято.

Обувшись в серые туфли, стоявшие у кровати, я выпрямилась. Вдох-выдох. Не переживай, Дашка, ты сможешь. В этот момент пришло удивительное ощущение ясности и собранного пазла, словно остатки воспоминаний Дарики наконец, с беззвучным щелчком, полностью вросли в мою память.

Ее считают наивной и безобидной? Это я вполне смогу изобразить. Старательно улыбнувшись, я буквально заставила свои мышцы растянуться. Нет, не так – воздушнее и милее… Улыбнулась еще раз. Беззащитно. Словно извиняясь. Вот теперь правильно. Не серая мышка, а милаха-скромница.

Мой смешливый характер, который я не потеряла даже в тяжелый период травмы, будет трудно полностью спрятать. Поэтому придется немного перестроиться, стать чуть активнее, чуть живее, чем была Дарика, но при этом не слишком отличаться, чтобы не вызвать сомнение у окружающих.

Я подхватила с тумбочки платок с ягодой, осторожно, стараясь нечаянно не раздавить, сунула его в карман платья. И направилась к двери, из-за которой доносились звуки разговора, уже на повышенных тонах.

4.2

На цыпочках я подобралась к ней (двери) и осторожно приоткрыла створку буквально на пару сантиметров. Достаточно, чтобы видеть и слышать, но не настолько, чтобы заметили.

Там была небольшая, но уютная гостиная. Она встретила меня мягким запахом трав, чая и еле уловимым дымком из курительницы, стоявшей на резном столике у окна. На стене висел крупный портрет сурового мужчины в старомодном камзоле, и я уверено опознала в нем отца тети, моего дедушку. Того самого Гранта Морри, который по словам единственного оставшегося в живых слуги – погиб последним, ослепленный и обессиленный, заслонив собой уже бездыханных маленьких внуков.

На низком столике в центре диванной группы стояли две чашки и одинокое блюдце с парой печенек. Но обе присутствующие в гостиной дамы, похоже, давно перестали изображать чинное чаепитие.

Тетя Корделия сидела в своем любимом кресле с высокой спинкой, прямая как струна, и в простом коричном платье ухитрялась выглядеть удивительно воинственно.

Напротив нее, на диване, сидела грузная дама в чёрном атласном платье с высоким горлом. Достопочтенная Эстелла Раник, как подсказывала мне память. От каждого ее движения на поясе позвякивала связка тяжелых ключей – символ ее власти ключницы и многолетнего карьерного упорства. Наряд гостьи был сшит с явной претензией на элегантность, но почему-то смотрелся так, словно его владелица перепутала дружеский визит с похоронами.

- … Корделия, дорогая, она тебя позорит! - сейчас эта, несомненно, полная достоинств дама возмущенно привстала, облокотившись рукой на диванную спинку.

- Я была против, чтобы Дария пошла в прачки, - ответила тетя ровно, - но сама идея поработать - неплоха.

- Да не работать она устроилась, пойми же наконец! Твоя девчонка как безумная преследует Хелдрика Тау! Раньше она часами караулила его у Северных Ворот, подарки подкидывала, слезы лила, пока он ее избегать не начал. А теперь совсем гордость потеряла! Знаешь, что слуги говорят? Что твоя Ришка в купальнях засаду устроила, целый день пряталась и его смену поджидала!

Я застыла за дверью, чувствуя, как по спине бежит холодок. Память отказывалась восстанавливать события вчерашнего дня, но подтверждала одно - прежняя Дарика таки вздыхала по мужественному десятнику.

Неужели она действительно дошла до того, что спряталась и подглядывала за купающимся мужчиной?! Угу, а голову ей тазик разбил, упав с полки… Н-нет, не верю.

Могла ли Дарика влюбиться и дарить мелочовку на память? Вполне. Какие-то ситуации даже вспоминаются. Но от романтических вздохов до засады в душевой – грандиозная психологическая дистанция. Зная чистую наивность Дарики, она скорее в обморок грохнется, чем решится на охоту за голым Хелдриком.