Делле следовало отвернуться. Она твердила себе это, пока со всех ног бежала к этому невыносимо благородному и безрассудному рыцарю.

Первый грифон показался из-за линии деревьев. Племенная самка. Ее перья отливали перламутром, спускаясь от острого клюва по изящной шее и переходя в белую шерсть на мощных лапах, длиной в рост самой Деллы. Она была прекрасна.

Галеон увернулась от великолепного создания. Сердце Деллы бешено колотилось в такт ногам; она едва разминулась со зверем, который раздавил бы ее не задумываясь.

Затем из-за деревьев вынырнуло остальное стадо. Ни один из них не был столь же великолепен, как их матриарх: они сливались в бурые и ржаво-золотые пятна, их когти взрывали землю. Делла продолжала бежать им навстречу. Галеон увернулась от одного, затем от второго.

Делла собрала все зарождающиеся щупальца магии в своем теле. Ее было немного. Придется обойтись тем, что есть.

Делла добралась до Галеон за миг до того, как это сделал зверь. Делла вскинула руки, нащупывая приближающуюся нить жизни, и полоснула в сторону, безжалостно дернув сопротивляющуюся душу. Она не смогла ухватиться как следует, душа вышла лишь наполовину, а затем порвалась. Делла закричала от отозвавшейся боли.

Тело грифона обмякло, но инерция всё еще несла его вперед. Галеон схватила Деллу, развернувшись и приняв основной удар на себя.

Делла оказалась вжатой в лесную подстилку, а Галеон свернулась вокруг нее, защищая от бьющегося над ними грифона.

Стадо с грохотом пронеслось мимо. Их громадный щит из перьев и шерсти дернулся, грубо протащив их по земле. Шелк порвался, и острый металл впился в спину Деллы. Но она всё еще дышала, когда грохот стих в долине.

Затем Делла снова пришла в движение, но не по своей воле: ее вытолкнули из-под страшной, раздавливающей тяжести.

Она огляделась: солнце теперь светило свободнее сквозь расщепленные деревья и вспаханную землю. Галеон выползла и рухнула на спину рядом с дергающимся зверем, которого покалечила Делла.

— Вы ранены? — прохрипела Галеон, когда Делла склонилась над ней. Делла покачала головой, а затем поморщилась от резкой боли в шее. — Хорошо, — выдавила Галеон, дрожащими руками дотянувшись до ремешков у ребер, ее лицо исказилось.

Делла поспешила на помощь, расстегивая пряжки и застежки сбоку на нагруднике Галеон, и поняла, что он деформирован и промят — вогнут внутрь, а не наружу. Галеон зашипела, но затем ее неглубокие, прерывистые вдохи стали ровнее и глубже, как только стягивающий кусок металла ослаб.

— Насколько всё плохо? — спросила Делла.

Галеон ответила неразборчивым бормотанием, похожим на ругательство. Она продолжала тяжело дышать, но вдохи давались легче.

Делла переключила внимание на слабо дрожащего грифона, подавляя подступившую тошноту от вида его состояния — от того, что она с ним сделала. Она наклонилась и осмотрела состояние бедной, разорванной души. Она не отделилась полностью, половинки всё еще были соединены тонкой ниточкой. Делла медленно высвободила ее, и зверь наконец затих.

Делла баюкала душу в своей ладони. Она не хотела отпускать ее, только не так. Зов магии был слабым, призывая отдать ее. Делла провела пальцами по разрыву, пытаясь сгладить его, но он не поддавался. В ней было недостаточно магии.

— Дай мне еще. — потребовала Делла от магии. Она не ответила.

Она закрыла глаза, чувствуя нити внутри себя. Словно вены, соединяющие ее с ужасным сердцем. Обычно Делла старалась свести поток к минимуму. Теперь же она потянула, вбирая магию в себя. Она никогда не делала этого раньше, и это было более чем устрашающе.

Когда Делле показалось, что магии достаточно, она вновь сосредоточилась на душе. Она потерла разрыв, и, словно затирая царапину, он начал затягиваться. Когда разрыв исчез, Делла вдавила душу обратно в грифона.

— Прости. — пробормотала Делла, проведя рукой по жесткому оперению и удивительно мягкой шерсти.

Грифон дернулся, отбросив Деллу назад, когда неуклюже поднялся на лапы. Галеон схватила ее за руку, и они отползли в сторону, пока зверь издал крик и взмахнул крыльями. Затем он скрылся среди деревьев, повинуясь какому-то инстинкту, зовущему его за своим стадом.

— Что вы сделали? — спросила Галеон, глядя вслед давно исчезнувшему грифону.

— Я его отпустила.

Затем Галеон посмотрела на Деллу, ее слова сливались друг с другом. — Зачем вы здесь?

— Я упала.

Галеон сузила слегка расфокусированные глаза, вспышка гнева исказила ее прекрасное лицо. — Вы спрыгнули.

В Делле тоже поднялся гнев. — Всегда пожалуйста за спасенную жизнь.

— Я велела вам скакать отсюда.

— Что ж, а я не слушаюсь.

Они сердито уставились друг на друга. Затем Галеон обмякла, поморщившись. Гнев Деллы угас, она придвинулась, чтобы поддержать Галеон, не дав ей завалиться назад, на ушибленный бок.