Первый из драконов, красно-чёрный, вырывается вперед и оказывается лицом к лицу со мной.

Я смотрю в его пасть, а не в глаза; эти клыки представляют собой гораздо более непосредственную угрозу, чем любая смерть, которую он мне приготовил. С идеальной меткостью он направляется прямо ко мне, его огромные крылья раздвигают туман так, что угасающее светило на небе даёт мне идеальный обзор.

На то, что собирается меня сожрать…

Но дракон не нацеливается на мою голову и плечи. Он выхватывает факел из моих зубов своей короткой лапой, деликатно, как леди, берущая пирожок к чаю с серебряного подноса.

И вот он уходит в облака.

И вместе с ним поток огня, который я использовала для защиты.

Восемьдесят два Целенаправленные падения

Золотой свет от факела поглощается туманом, и пауки не теряют времени. Их чёрные тела и красные лапки стремительно ползут ко мне. Я прижимаю рубин к груди, пока они перебираются друг через друга, нацеливаясь на свою жертву, шелковые нити уже летят в воздухе, ветер уносит паутину прочь. Это не продлится долго. Как только подует следующий порыв ветра с противоположной стороны, паутина ударит в меня, и я окажусь в ловушке.

Я смотрю вниз на улицу, она так далеко, что я не вижу её сквозь облака. Я думаю о коконах и знаю, что их жертвы всё ещё живы в некоторых из них, парализованные, но осознающие, что вскоре их высосут до капли…

Один паук заползает мне на ноги и встает на задние лапки, обнажая свой пухлый волосатый живот. Когда я вижу паутинные железы, я знаю, что значит оказаться в ловушке, и принимаю решение ровно в тот момент, когда липкая паутина начинает раскручиваться, чтобы поймать меня.

Я прыгаю со статуи.

Свободное падение — это ужас, с которым я смирилась. Я предпочла бы уйти по своим правилам, смотря этим ублюдкам в глаза, разбившись о мрамор в мгновенной смерти, чем оставаться пищей непонятно на какой период времени.

Слёзы наворачиваются на глаза, а волосы взлетают вверх, когда сопротивление ветра сзади и в ногах создает некое смягчение, но не даёт никакой реальной помощи. Так близко к цели, так близко к рубину… я правда верила, что у меня получится? Честно ли я думала, что смогу это провернуть?

А теперь и Мерк умрет тоже.

Но я должна была попытаться. Иногда всё, что мы можем сделать — это…

Вжуууух.

Резко и без предупреждения поток воздуха, ударяющий в моё тело, останавливается с толчком.

Первая мысль: я ударилась прежде, чем ожидала, и смерть безболезненна. Но именно тогда я замечаю ритмичное покачивание… и вижу кончики крыльев.

Скользя и цепляясь за чешую, я оказываюсь в изгибе спины дракона, прямо за его рогатой страшной головой. На затылке есть углубление, и точно так же, как рубин лежал на ладони богини, я устраиваюсь в ямке, пока зверь летит над руинами. Сквозь прорехи в тумане я вижу внизу улицы с разбитыми статуями и поваленными колоннами, паутину, местами — пауков.

Я оборачиваюсь и смотрю через плечо. Голова богини скрыта в тумане, но её тело на обозрении. Её струящиеся одежды усыпаны пауками, которые суетятся в смятении.

Когда я снова поворачиваюсь, мои глаза ловят поднимающееся крыло. Зеленое и фиолетовое… с разрывом у основания — травма, которая зажила.

Немой шок пронизывает меня, и он не связан с тем, что мне ужасно холодно и я на значительной высоте над землёй. Неужели это тот дракон, которого я спасла? Тот, в глаза которого я смотрела, чью глотку перерезала, чью жизнь вернулась в тело?

Я думаю о расстоянии, которое я преодолела от своей деревни — так далеко для меня, но для них это всего лишь скольжение по воздушным потокам: они гнездятся на снежных вершинах к западу от моей деревни, но путешествуют по континенту, ради спаривания и пищи.

Цвета верные. Зажившая рана — тоже. И он должен… помнить меня.

Раздвинув ноги, я сижу верхом чуть выше плеч, как на лошади, когда мы пролетаем мимо входа с обрушающимися статуями и над болотами. Дракон делает большой круг над береговой линией моря, а затем опускается ближе к земле.

Мы так близко, что я вижу отдельные листья на водяных лилиях, проносящихся мимо.

А потом мы над лугом, направляемся обратно к руинам. В последний момент дракон поворачивает вправо и стремительно летит вдоль длинной стороны древнего города, всё ещё близко к земле, параллельно склону, по которому мы с Мерком впервые спустились.

Я начинаю переживать, как же мне слезть с него и знает ли дракон, что я вообще на его спине, или он собирается сбросить меня на камни… экзистенциальная расплата за то, что я сделала с тем небесным охотником…

Сначала я замечаю только движение у древней мраморной стены, как с ограми и их визуальными уловками.

Затем появляются тёмные тени, стремительно поворачивающие за угол разрушенного города. Орда пауков, гонящихся за…

Лаванте.