Что ж, ответ на последний вопрос очевиден, сказала она себе. Она жаждет его прикосновений, потому что на самом деле физически зависима от него. Высокий, покрытый шрамами воин с разными глазами буквально стал её наркотиком — по крайней мере, пока их фальшивая связь остаётся нерушимой.

Разумеется, голод не мог объяснить всё. Он не мог оправдать влажность между её бёдрами всякий раз, когда она оказывалась рядом с Мерриком. Не мог объяснить, почему бешено колотилось её сердце и твердели соски, когда он держал её на коленях и говорил, как хочет отведать вкус её лона…

«Прекрати! — сказала она себе. — Прекрати прямо сейчас. У меня нет таких чувств ни к кому — даже к Джеймсу. Не с тех пор…» Но она не могла думать об этом. О причине, по которой она убрала свою сексуальность в сторону, словно свёрнутый свитер, не нужный в долгие жаркие летние месяцы. Убрать в хранилище. Убрать в хранилище и держать там. Элиза представила, как тяжёлая дверь сейфа захлопывается, и на мгновение ощутила покой.

Но лишь на мгновение.

— Эй, там, сзади! — услышала она крик Меррика из носовой части корабля. — Поднимайся сюда и пристёгивайся. Нам дали добро на взлёт.

Последнее, чего ей хотелось, — сидеть рядом с ним и делать вид, что они болтают о пустяках, сложив руки на коленях, когда она буквально изнывала от желания прикоснуться к нему. Но, казалось, иного выхода не было.

Она вышла из своей каюты и прошла по узкому центральному проходу корабля в сторону его голоса. Она миновала небольшую гостиную, расположенную напротив столь же компактной кухни, прежде чем добраться до носовой части.

Меррик уже был пристёгнут, его золотисто-голубой взгляд был устремлён на сложную приборную панель перед ним.

— Привет, — сказал он, не поднимая на неё глаз. — Присаживайся, мы вот-вот стартуем.

— Разве я не могу просто остаться сзади? — спросила Элиза с максимально возможным достоинством. — Там мне куда удобнее.

— Что, имеешь в виду подальше от меня? — Он наконец поднял взгляд, его глаза сверкнули. — Прости, детка, не выйдет. Двигатели на кораблях такого типа пинаются как сукины дети. Будет тряска, когда мы пройдём через пространственную складку, а ты — ценный груз. Не могу позволить тебе болтаться по задней каюте как чёртов мяч.

— Ага, ценный груз, — пробормотала она, усаживаясь в кресло рядом с ним, которое было для неё слишком велико. — Конечно.

Меррик бросил на неё суровый взгляд.

— Я пообещал, что ты доберёшься до Рейджерона и обратно без единой царапины. Может, для тебя это ничего не значит, но я, чёрт возьми, не нарушаю слова.

Он снова переключил внимание на приборную панель, и маленький корабль начал подниматься, направляясь к чёрной, усыпанной звёздами пустоте космоса, которую Элиза видела на экране.

— Я знаю, что сейчас ты не хочешь быть рядом со мной, — продолжил он, мастерски ведя корабль к чёрному провалу. — Но тебе придётся привыкнуть, если мы хотим, чтобы ты оставалась здорова.

«Оставаться здоровой». Значит, ему придётся прикасаться ко мне — кормить опухоль внутри себя. Опухоль, которой, по иронии судьбы, являюсь я.

— Насчёт этого… — Элиза прочистила горло. — Я, э-э, чувствую себя хорошо. Думаю, ты, м-м, достаточно прикасался ко мне во время нашего возвращения на Землю. Так что тебе не… не нужно делать это — прикасаться ко мне, я имею в виду — больше.

— О, правда? Это твоё экспертное медицинское мнение? — Меррик приподнял брови, хмурясь.

Элиза вскинула подбородок.

— Я просто думаю, что в свете того факта, что чувства, которые мы оба испытывали, оказались, э-э, ложными, нам следует свести… свести контакты к минимуму.

— Хорошо. — Он пожал плечами с безразличным видом и снова посмотрел на экран. — Будь по-твоему. Но если не хочешь прикасаться днём, тогда ночью ты будешь спать в моей постели.

— Что? — Элиза посмотрела на него, не уверенная, что правильно расслышала. — Что ты сказал?

— Я сказал, что мы будем спать вместе, — прорычал он. — Нравится тебе это или нет. Сильван говорит, что продолжительный физический контакт в течение ночи может помочь тебе обходиться меньшим днём. Так что смирись.

Элиза почувствовала, как в горле поднимается паника.

— Вместе… в постели?

— Именно это я и сказал. — Он бросил на неё ровный взгляд. — Знаешь, пока ты восстанавливалась в медцентре, ты сама хотела, чтобы я забрался к тебе в постель. Помнишь?

— Конечно, помню! — резко ответила Элиза, скрещивая руки на груди. — Но это было до…

— До того, как мы узнали, что связь фальшива. Верно, — прорычал он.

Но она вовсе не это собиралась сказать. «До того, как я вспомнила, — подумала она, прикусив губу. — До того, как вспомнила, кто я. До того, как я вспомнила о хранилище…»

— Хорошо, — сухо сказала она. — Если доктор Сильван считает это необходимым, я смирюсь. В конце концов, мы оба взрослые люди.