— Я уже давно задаюсь вопросом, когда ты решишься меня поцеловать, — добавляет он.

Гермес, всё еще с закрытыми глазами, как и все остальные, складывает ладони рупором у рта и кричит: — Язык ему в глотку!

Слышится подбадривающий свист — я замечаю, что он исходит от Хейвен.

Зевс придвигается еще ближе к лицу Лиама, не спеша изучая каждую его деталь. Его глаза обводят каждый сантиметр его лица с такой интимностью, что мне хочется дать им немного приватности и отвернуться.

Рука Зевса гладит Лиама по щеке, затем запускается в его каштановую шевелюру и слегка тянет, заставляя голову наклониться вбок. Он запечатлевает поцелуй на его щеке, на уровне скулы, и его губы медлят там на несколько мгновений дольше положенного.

Он слегка отстраняется. — Я не буду целовать тебя на паршивом кладбище в окружении этих любопытных носов из нашей семейки. Я дам тебе гораздо больше, Лиам.

Тот улыбается и медленно кладет голову ему на плечо.

Раздаются аплодисменты, Гермес вопит, возбужденный так, словно произошло нечто невероятное.

Тимос спешит всех заткнуть, нахмурив брови: — Может, вам еще фейерверки запустить, чтобы было побольше шума и мы привлекли чье-то внимание?

Он добавляет череду ругательств вполголоса.

Гера продолжает негромко хлопать. Она гладит Зевса, и он бросает на неё благодарный взгляд.

— Хорошо, можете снова засыпать. Потому что сейчас пришло время проснуться кому-то другому, — объявляет она, снова начиная прохаживаться по небольшой площадке.

Аполлон, который до этого момента сидел молча и неподвижно, незаметно шевелится рядом со мной. Он запускает пальцы в свои длинные распущенные волосы, и когда опускает руку на землю, она встречается с моей. От этого контакта он открывает глаза и тут же переводит взгляд на меня.

Я выгибаю бровь.

— Прости, агент, я не нарочно. — Он медленно убирает руку.

Меня отвлекает сама Гера: она кладет мне руку на плечо, но лицо её обращено к Тиму.

— Вы двое, — окликает она нас. — Что вы от нас скрываете?

Глава 18. ВА-БАНК

Гера — богиня гневная и мстительная, она до предела ревнива к Зевсу, и её реакция на измены мужа всегда разрушительна. Её ненависть особенно сильно обрушивается на Геракла, сына Зевса, но в целом Гера не жалует всё человечество: постоянная неверность супруга заставляет её ненавидеть людей без разбора.

Лав

ТИМОС смерил её взглядом, затем сделал два шага вперед, нависая над ней.

— Я не обязан вам ничего докладывать. И на этом игра окончена, чтобы всем было ясно. Ты получила свои полчаса славы, теперь можешь вернуться в свой уголок и помалкивать.

Самая большая проблема моего брата в том, что, когда он злится, он совершенно не выбирает выражений.

Но, кажется, никто не придал значения личным нападкам Тима. Гера обратилась ко мне: — Лав, пожалуйста, ты более воспитана и склонна к диалогу, может, хоть ты скажешь, что вы скрываете? Истинную причину, по которой мы здесь сегодня. Это ведь не «акт доброты» по отношению к Аресу.

Я замялась. Я последний человек, пришедший в команду ЦРУ, я не могу своевольничать и выкладывать все карты на стол.

— Ничего.

Она выгнула бровь, явно не собираясь отступать.

— Абсолютно ничего, — подчеркнула я.

Однако Арес пустил всё под откос. — Вообще-то, мы действительно кое-что скрываем.

— Что?! — в один голос воскликнули Афина, Зевс и Аполлон, пока остальная семья, округлив глаза, переводила взгляд с Ареса на Тимоса и на меня.

— Я придушу этого мелкого длинноязыкого паршивца, — пробормотал Тимос, массируя переносицу.

Я поднялась на ноги и подошла к брату. Вокруг нас рос гул голосов, протесты становились громче с каждой секундой. Мы должны их успокоить, и правда — единственное, что может это сделать.

Тимос теперь стоял, опустив голову, так что я решила взять дело в свои руки.

— Мы ищем Пандору с мая, — начала я. — И с мая мы ищем способ попасть на Олимп. Пять проваленных миссий, слишком много принесенных жертв и несколько раненых. Пандора может быть именно там, на этом острове, но пока у нас нет возможности прочесать его, все наши усилия будут тщетны.

— И мало того, что мы не получим доказательств, чтобы прижать Урана и освободиться, я буду вынужден вечно от него прятаться, — добавил Арес, внезапно ставший серьезным.

Самообладание самого придурковатого из всех Лайвли заставило замолчать каждого члена семьи. Теперь я могла раскрыть план: — Единственный способ попасть на Олимп — это сказать Урану, что на самом деле Арес жив, а во время седьмого подвига погиб его близнец.

За моей фразой последовало несколько секунд гробовой тишины.

— Вы с ума сошли? — воскликнула Гера.

— И согласно какой логике это лучшее решение? — насел на нас Аполлон, более спокойный, но с нахмуренным лицом.

— Вы не можете этого сделать! Уран его найдет! — закричала Хелл.