Его зубы слегка прихватывают кожу, пока он спускается ниже, вдоль позвоночника. За собой он оставляет дорожку мурашек, несколько задушенных от удовольствия звуков и покалывание, которое добирается до самых кончиков пальцев ног.

Я едва не вскрикиваю, когда его зубы останавливаются на ягодице, а пальцы подхватывают тонкую полоску стрингов.

— Немного приподнимись, Лав, иначе я их не сниму. Если, конечно, ты не предпочитаешь, чтобы я просто сорвал их зубами.

Мой таз поднимается сам собой. Аполлон цепляется за бельё и медленно, методично стягивает его по моим бёдрам, полностью обнажая меня перед собой.

Я слышу его резкий выдох и поворачиваю голову ровно настолько, чтобы увидеть его. Он застыл, внимательно изучая каждую деталь моего тела, словно ему предстоит выучить его наизусть.

— А ведь всего месяц назад я чуть тебя не придушил в аудитории Йеля, — бормочет он.

В следующее мгновение он сжимает обе мои ягодицы и разводит мне ноги, склоняясь между ними. Прикусывает ягодицу и смещается внутрь, прокладывая языком воображаемые дорожки. Я дрожу в его руках и мысленно умоляю, заклинаю его продолжить.

Его губы всего в нескольких сантиметрах от моей промежности. Я чувствую горячее дыхание, когда он что-то шепчет по-гречески — так тихо и хрипло, что я не разбираю ни слова.

Первое движение его языка заставляет меня закатить глаза.

От второго я стону так громко, что приходится уткнуться лицом в простыни, заглушая звук.

Аполлон приподнимает меня за талию.

— Убери оттуда своё красивое личико и дай мне услышать, насколько тебе нравится.

Его лицо резко оказывается между моих ног.

Понятия не имею, как у него это получается, но каждое движение идеально. Словно всё рассчитано именно на то, чтобы дать мне то, что нужно. Словно он способен читать мои мысли и точно понимает, где мне хочется ощущать его дольше.

Я не могу контролировать собственные стоны, и от них мне становится неловко. Удовольствие накатывает волнами — сильный жар расходится по всему телу и взрывается внутри.

Когда он спускается ниже и добирается до клитора, язык начинает ритмично ласкать его. Я обеими руками вцепляюсь в простыни и подаюсь назад, к его лицу, двигаясь ему навстречу. Из горла Аполлона вырывается полный удовольствия хриплый звук.

Он крепче сжимает меня, цепляется за бёдра и помогает двигаться в такт ему, словно сейчас ему больше ничего на свете не нужно.

Когда моё тело начинает напрягаться, предупреждая его о приближающемся оргазме, его рот останавливается. Язык в последний раз проходит между моих ног, и Аполлон поднимается, оставляя после себя такую пустоту, какой я прежде никогда не испытывала.

Я тихо хнычу и прижимаюсь ягодицами к нему, умоляя закончить начатое. Но вместо его губ чувствую пах и напряжённую эрекцию. Она скользит между моих ягодиц, твёрдая и горячая, и у меня перехватывает дыхание.

Аполлон снова накрывает меня собой, зажимая между своим твёрдым животом и мягким матрасом. Легонько покусывает мочку уха, затем обводит её языком. И наконец шепчет:

— Сейчас мне нужна только одна вещь, агент.

— Всё, что захочешь.

Он утыкается лицом мне в плечо, и мне кажется, что я чувствую его улыбку.

— Мне нужно всегда быть сверху. Никогда снизу. Я… — Он запинается. — Когда я снизу, мне кажется, что я в ловушке. Ты должна позволить мне…

Я пытаюсь повернуться, и он сразу даёт мне достаточно места, чтобы я могла лечь на спину. Обхватываю его бёдра ногами и беру лицо в ладони. Я всё ещё тяжело дышу, но заставляю себя говорить чётко:

— Контроль у тебя, — заверяю я. — Полностью.

— Ты уверена, что не предпочла бы…

Я заставляю его замолчать поцелуем; громкий звук соприкоснувшихся губ вторит бешеному стуку моего сердца.

— Если это с тобой, мне понравится в любом случае. И я хочу, чтобы для тебя было так же. Хочу показать тебе, каким прекрасным может быть секс, когда ты действительно его хочешь, когда ты с правильным человеком, когда рядом девушка, которая без ума от тебя и хочет подарить тебе всё удовольствие, которого у тебя никогда не было.

Его глаза кажутся жидкими, блестящими омутами. Он всматривается в меня, пытаясь отыскать хотя бы мельчайший признак того, что я лгу.

И не находит.

Он опускает лоб мне на грудь и заодно целует правую.

— У меня есть презервативы, — бормочет он. — И после… тех случаев я регулярно сдавал анализы. Я чист. У меня ничего нет. Клянусь. Если хочешь, я даже могу показать результаты. Они у меня с собой, в…

— Без презерватива, — перебиваю я. Запускаю пальцы в его волосы и глажу затылок. — Я принимаю таблетки. И верю тебе на слово.

Он резко вскидывает голову, прищурившись.

— Лав, ты уверена? Дай мне хотя бы достать результаты анализов.

— Ты никогда не стал бы мне лгать.

— Никогда.

— Тогда не останавливайся. Больше никогда.