Роб глушит мотор и выпрыгивает из машины, даже не открывая двери — показушник, — после чего трусцой обегает капот, чтобы помочь мне выйти.

Я смотрю на него в упор:

— Я умею открывать двери автомобиля.

— Моя ошибка. — Он отступает, и я вылезаю из машины. Сама. Он направляется к тропе, и я иду следом. — В любом случае, да, входов больше, чем один. Если ты понимаешь, о чем я. — Он покашливает. — Я решил, что этот вариант позволит нам стряхнуть любой возможный хвост… и показать тебе чуть больше Шервуда.

В его голосе звучат нотки гордости, которые я не могу не заметить:

— Тебе здесь нравится?

— Нравится? — Роб смеется. — Мэриан, при всем уважении, мы с парнями могли бы позволить себе жить в любой точке мира. Шервуд — мой дом. Так что да, мне здесь нравится.

Я рассеянно пинаю камешек посреди тропинки, когда мы выходим к бассейну. Мне никогда не нравился Шервуд, я всегда хотела оказаться где угодно, только не здесь. Конечно, тут есть природная красота, или как там это называется, если вы по такому тащитесь. Но границы этого округа, черта города Ноттингем, всегда были для меня скорее тюремными стенами, чем чем-то еще. Единственные люди, которые выбирают Шервуд, — это жестокие, продажные мудаки вроде Джона и шерифа.

Ну, или мне так казалось.

— Который час? — резко спрашиваю я, отчасти чтобы сменить тему, а отчасти потому, что действительно не имею представления о времени. В отличие от Уилла, я не ношу часов, а после тех угрожающих смс от Джона я зарыла свой дурацкий телефон под кучей подушек в спальне.

— Если ты спрашиваешь меня, — доносится голос сверху, — то время для коктейлей.

Я резко останавливаюсь и задираю голову к главному балкону. Там стоит Уилл, выглядящий с иголочки в поло и шортах, и держит медную кружку, из которой торчит какая-то веточка.

— Сланче [ирл. За здоровье!], — добавляет он и салютует нам, прежде чем сделать глоток. — Где ты пропадал с ней, несчастный ты ублюдок? Она не похожа на тех, кто заставит тебя часами таскать за ней сумочку.

Роб чешет затылок.

— Мы… столкнулись кое с какими друзьями, — говорит он, косясь на меня. Волоски на моей шее встают дыбом.

— Мэриан! — Тук присоединяется к Уиллу у края балкона с пивным бокалом в руке. — Ну как все прошло? Купила что-нибудь классное? Не то чтобы ты сейчас плохо выглядела, я имею в виду, просто… э-э…

Он смотрит на Уилла, который качает головой и ухмыляется.

— О нет, тут ты сам по себе, приятель, — говорит Уилл. — Продолжай зарывать себя дальше.

— Я… я имел в виду…

— Все нормально, — говорю я, перебивая его, пока он окончательно не запутался. Я сдерживаю улыбку. — Шоппинг удался. Кажется, сюда уже везут целый гардероб.

Роб, который уже начал подниматься по лестнице, кивает, смахивая сообщение на телефоне:

— Джек организует доставку завтра.

— Отлично, — произносит Тук с явным облегчением, когда мы с Робом поднимаемся на балкон.

— Похоже, это требует выпивки, — добавляет Уилл.

— А что, по-твоему, не требует выпивки? — Тук хмурится, глядя на него.

— Кто бы говорил, мистер «Индийский светлый эль», — Уилл кивает на бокал Тука.

— Эй, это мое домашнее пиво!

— Только не навязывай его ей, — говорит Уилл, кивая в мою сторону. — Она слишком вежлива, чтобы сказать тебе, что оно на вкус как дерьмо.

Тук краснеет.

— Рецепт еще в доработке, — оправдывается он.

Уилл поворачивается ко мне:

— Как насчет бокала вина? — предлагает он. — У меня есть отличное Côtes-du-Rhône…

— Боже, какой же ты сноб, — стонет Тук. — Мэриан, я извиняюсь за него.

Я не могу сдержать смех. После абсолютного безумия с моей второй — почти — автомобильной погоней за столько же дней приятно видеть что-то такое обыденное, как препирательства двух парней.

— Вино подойдет, — говорю я Уиллу. — На твой вкус.

Он расплывается в улыбке.

— Прекрасно. Я сейчас.

Роб бросает взгляд на Уилла, и они вместе уходят в дом обсуждать, какую очередную секретную чушь… не знаю и знать не хочу. Я просто рада сидеть на твердой земле.

Мы с Туком проходим к обеденному столу у края балкона, откуда открывается вид на территорию. Здесь теплее, и я наслаждаюсь легким ветерком, перебирающим мои волосы, — явное облегчение по сравнению со шквальным ветром в машине.

Я оглядываюсь, садясь на стул:

— А где Эл-Джей? — спрашиваю я.

— Он… — Тук колеблется, присаживаясь напротив. — Его нет, — признает он.

— Он меня ненавидит, — констатирую я как факт.

— Нет! — настаивает Тук. — Я имею в виду, ну… он не ненавидит тебя, Мэриан. Ему просто нужно привыкнуть к тебе.

Нам обоим, думаю я. Но, честно говоря, к Эл-Джею я не испытываю особого сочувствия. Если кто здесь и должен стрессовать из-за моего пребывания, так это я. А не один из этих богатых мальчиков, которому не приходится отказываться ни от чего значимого, чтобы меня приютить.

— Что с ним вообще не так?

Тук отпивает пиво.

— В каком смысле?