Он зашвырнул рюкзак на пассажирское сиденье:

— И откуда только ты знаешь про модель с названием «Голый»?

Она рассмеялась:

— Потому что это знаешь ты, глупый.

Джек наведался в арсенал, нашел грузовую тележку на колесиках и нагрузил в нее дюжину ракет «Драконий огонь». Для штук, способных натворить столько бед, они оказались на удивление легкими, и тележка катилась без усилий. Он загрузил по шесть штук в стальные кассеты для боеприпасов по обе стороны от пусковой приблуды, намертво прикрученной к грузовому отсеку позади кабины. Когда смазка в поворотном механизме немного разошлась, и турель повернулась — она стала выглядеть убойно и казалась предельно простой в заряжании и стрельбе. Автоподачи не предусмотрено, так что, в случае перестрелки, закидывать снаряды ему придется вручную. Скорее всего, Киннестон и Спекхоффер могли палить прямо на ходу: один крутит баранку «Бинни», второй заряжает и ведет огонь из базуки — если это, конечно, базука. Тактика «бей и беги».

— Поехали, — сказал он Софи. — Вперед, к Прорве. Потому что все, что стряслось в Перниле…

— …уже стряслось, — закончила она за него. — Ты говорил это раньше.

— Разве?

— Примерно тысячу раз.

— Допустим, они разнесли Пернил к чертям, — рассуждал он. — Куда дальше? Дези? Меджис? Дебария? Есть ли у того, кто ими вертит, хоть какая-то конечная цель?

— Я не знаю, — отозвалась Софи.

Логично, ведь не знаю и я.

Джек проверил, не вывалилась ли его новая пушка из кобуры, где раньше покоился «Глок», и снова завел дизель «Бинни». Из приборной панели торчал короткий рычаг переключения передач всего с тремя пазами: «Вперед», «Нейтраль» и «Назад». Джек включил заднюю передачу и начал выезжать с парковочного места под трескучий, бьющий по ушам рокот дизеля. Из-за этого шума он едва расслышал слова Софи:

— Ты ничего не забыл?

7

Джек вернулся в комнату, где провел ночь, и достал из шкафа противорадиационный костюм.

— Костюм, предотвращающий радиационное заражение, — поправила его Софи. — По крайней мере, ты на это надеешься.

— Естественно. — Детей он заводить больше не планировал (для этого был уже староват), но вот схлопотать рак ему точно не хотелось.

Комбинезон оказался из серии «один размер на всех». Джек шагнул в штанины и потянул застежку вверх — под пальцами затрещала старая добрая, чисто американская липучка-велкро. Он вздрогнул, когда автоматический женский голос произнес: «Майор Юлия, ваш статус — зеленый. Повторяю, зеленый». Сначала Джек задрал голову к потолочному динамику, но затем опустил взгляд на грудь. Прямо над его собственным сердцем пульсировало зеленое электронное сердечко. На нашивке костюма красовалась надпись на английском: «МАЙОР ЮЛИЯ».

— Похоже, ты готов к выходу, — заметила Софи. — Не забудь шлем.

Джек взял сетчатый шлемофон, но надевать не стал. Если сердце на груди сменит цвет на желтый или красный, тогда и нацепит. Хотя вопрос о том, чем ему дышать, по-прежнему оставался открытым.

Он вернулся в автопарк, завел «Бинни», врубил «Вперед» и выкатился по пандусу под слепящее, яростное солнце. Стекла в окнах машины автоматически взлетели вверх, и в лицо Джеку ударила струя ледяного воздуха из кондиционера. Он проехал по внутренней дороге базы около сотни ярдов в сторону ворот, как вдруг мотор заглох.

— Ну зашибись, твою мать, — выдохнул Джек. — Хорошего понемножку…

Над закрытой кабиной раздалось жужжание сервоприводов. Прежде чем он успел выйти наружу и разобраться, в чем дело, женский робо-голос доложил: «Солнечная панель развернута».

— Ну еще бы, — буркнул Джек. — Все тридцать три удовольствия.

Он откинулся на спинку водительского сиденья. Стоило только выжать педаль газа, и «Бинни» на своих огромных шинах плавно и абсолютно бесшумно покатился вперед, к главной дороге (или к тому, что от нее осталось). Миновав ворота, он притормозил и на секунду прикрыл глаза. Пэй мертв. Дейл мертв. Мэри, возможно, тоже мертва. Что же до Софи…

Он открыл глаза и негромко попросил:

— Ну, скажи мне хоть одно доброе слово на дорожку, милая?

Ни слова — ни доброго, ни какого-либо еще. Софи тоже была мертва.

Вместо руля в «Бинни» стоял джойстик. Джек качнул его влево и направил машину к Прорве, забирая значительно южнее Проклятых земель — от греха подальше.

8

Ближе к полудню по обе стороны от дороги начали проступать два глубоких оврага, сходящиеся под углом. Сначала он подумал, что это и есть Прорва. Джек съехал с тракта и приблизился к правому разлому, но не слишком близко, опасаясь, как бы земля не обрушилась под тяжелыми колесами внедорожника. Он припарковался, дошел до края и заглянул вниз. Овраг представлял собой глубокую, извилистую расщелину глубиной футов в восемьдесят-девяносто, промытую рекой, высохшей бог весть сколько веков назад.