— Тогда забери его оружие, — сказала я Гризу, когда наклонилась вперед и убрала его руки от раны, заменив их своими.

Мальчик заплакал, когда мои целительные силы потекли в него, восстанавливая его тело. Гриз не пытался остановить меня, он просто отобрал у парня пистолет и несколько ножей.

— Все в порядке, — я надеялась, что это прозвучало утешительно. — С тобой все будет в порядке.

— Прости меня, — всхлипнул он, его худые плечи затряслись.

— Все в порядке, — пробормотала я, наблюдая, как затягивается рана. — Иди домой, хорошо?

Он кивнул. Как только рана зажила, я помогла ему подняться, подхватив его, когда он покачнулся. Он перевел взгляд с меня на Гриза и тяжело сглотнул, его горло перехватило.

— Я просто выполнял приказ, — прошептал он.

Когда он, спотыкаясь, уходил, Гриз пробормотал:

— Я подстрелил его. Он пытался попасть в лечебницу.

Боги, что со мной не так? Я не чувствовала ничего.

Я не ответила, повернувшись и выбрав направление наугад. Мы прошли всего с полдюжины шагов, когда позади нас раздался выстрел, и пуля просвистела у меня над ухом, так близко, что жар от нее коснулся моей кожи. Гриз прижал меня к земле, прикрывая своим телом, когда вокруг нас пролетело еще больше пуль. Он изогнулся, когда мы упали, и открыл ответный огонь. Раздался сдавленный крик, затем наступила тишина. Гриз спрыгнул с меня и бросился к упавшему телу, проверяя пульс. Я с трудом поднялась на ноги и последовала за ним, глядя в мертвые глаза мальчика, которого я только исцелила.

— Боунс! — рявкнул Гриз, вставая и разглядывая меня. — Ты в порядке?

— Он промахнулся, — пробормотала я.

— Должно быть, он выхватил еще один пистолет у одного из убитых. — Глаза Гриза вспыхнули гневом.

Я повернулась и снова двинулась вперед. Я знала, что должна чувствовать гнев или предательство из-за того, что мальчик, которого я только что рискнула спасти, все еще пытался убить меня, но все, что я чувствовала, — это усталость. Гриз шел позади меня, почти навис надо мной, он был так близко.

— Мне очень жаль, Боунс.

Я немного ускорила шаг, надеясь, что он поймет, что я не хочу разговаривать, но он не отставал от меня.

— Ты хороший человек, раз дала ему второй шанс, — произнёс он.

Можно было бы подумать, что я уже усвоила урок: хорошие люди в итоге просто погибают.

— Так поступил бы Трей, — ответила я.

Острая боль прорвалась сквозь оцепенение, и я резко развернулась к нему:

— Не надо.

Он посмотрел на меня сверху вниз, лицо его было серьёзным.

— Он бы не хотел…

Слава богам, в этот момент мы оба одновременно услышали сдавленные рыдания. Я бросилась на звук, убеждая себя, что вовсе не убегаю от того, что Гриз собирался сказать. Проскользнув между зданиями, я увидела мужчину, лежавшего на земле и сжимавшего ногу. Похоже, кому-то удалось разнести ему коленную чашечку. Он повернулся, когда мы приблизились, — и я замерла на месте, узнав Лема. Позади меня остановился и Гриз.

— Боунс, — дрожащим голосом произнёс Лем, — помоги мне. Пожалуйста.

Я смотрела на него, и синяки, которые он оставил на моём лице, будто вспыхнули болью.

— Боунс, пожалуйста, — умолял он.

Он улыбался всё то время, пока избивал меня. Я хорошо знала таких мужчин — тех, кто получал удовольствие, причиняя боль тем, кто слабее. Я не знала всех подробностей того, что он сделал Скай, но после этого она стала бояться почти всех мужчин. И всё же сейчас я не чувствовала ничего. Спустя мгновение я просто развернулась и пошла обратно тем же путём, каким пришла.

— Боунс! — закричал Лем. — Пожалуйста! Я виноват!

— Хочешь, я с ним разберусь? — тихо спросил Гриз, когда я проходила мимо.

— Мне всё равно, — бросила я.

— Боунс! — заорал Лем. — Я виноват! Пожалуйста! Нет, не…

Я вздрогнула от выстрела, но не остановилась.

Я шла вперёд, и все лица сливались в одно пятно. Я исцеляла каждого, кого находила, — за исключением тех, в ком узнавала охранников Мадам: они явно получали удовольствие, причиняя боль другим. Похоже, основные бои теперь шли возле сторожевой башни. Грохот пулемёта отдавался вибрацией в грудной клетке. Я не знала, кто такие эти повстанцы, и не могла понять, на чьей стороне лежит больше мёртвых тел.

Я не стремилась к башне, но, следуя за телами, мы всё ближе и ближе подбирались к ней. Я замерла, когда пули забарабанили по земле вокруг меня. Одна задела руку — и тут же Гриз схватил меня и затащил между зданий. Пока он выглядывал из-за угла и отстреливался, я осмотрела неглубокую рану. Зубами оторвала полоску от рубашки, обмотала руку и сочла это достаточным. Под непрекращающуюся стрельбу я прислонилась к стене здания и закрыла глаза. Усталость накатывала волной, но до полного истощения ещё не дошло. Пока нет.

— Боунс?

Я открыла глаза: ко мне подходил Гриз. Он взял меня за руку, разглядывая кое-как наложенную повязку, и выглядел встревоженным.

— Рука в порядке?