— Ты сказал ей, что я не твой брат, да? — произнес Торрен на всеобщем языке; на его лице играла слегка безумная улыбка. — Это было не очень-то любезно — после того как я проделал весь этот путь, чтобы спасти твою шкуру.

Он повернулся к Норе. Она опустила голову, всё еще высоко натянув воротник футболки.

— У меня очень простой вопрос. Он не потребует от тебя пространных объяснений; я понимаю, ты, должно быть, не в своей тарелке. Но… это что, человек?

Айрик сменил позу, но хватки не ослабил.

— Да.

— А это — переросший, хотя и красиво окрашенный, уши?

— Да.

— Но… как? — Торрен обвел головой дугу, указывая на окружающую их обстановку. — И почему Эд'ун вообще до сих пор цел? Если только… — Его глаза сузились. — Я знал, что тот страйкер был куском дерьма.

Айрик посмотрел на Нору и Лаки, его грудь сдавило.

Несмотря на утверждения Айрика, что Торрен не был его братом, Торрен оставался моразиром и был его собратом по кузне. Более того, он был единственным, кроме Элиор и Норы, кто когда-либо видел слезы Айрика. Ему ничего не оставалось, кроме как довериться этой связи и надеяться, что она сильнее, чем хватка Вейнари на их шеях.

Он закрыл глаза и выдал лучшее объяснение, на которое был способен, надеясь, что Торрен его примет.

— Ее судно появилось в порталах — мы оба не понимаем как. Оно разбилось. Я потерял страйкер в погоне. Она не пилот и не воин, и это не было ее пунктом назначения. Нам нужно немедленно вернуться на Воракон.

Торрен изогнул бровь.

— На ней твоя одежда. Экипировка моразира.

Айрик ощетинился.

— Она не была экипирована для долгого пути. Мы находимся здесь уже довольно давно — эвакуация заняла больше времени, чем ожидалось.

Его друг фыркнул.

— Я знал, что последует эта жалоба. — Он посмотрел на Айрика, затем нахмурился. — Где твой костюм? По данным сканирования, кудра здесь в каждом здании.

Ужас прокатился по телу Айрика. Он проверил, не подошла ли Нора слишком близко к дверям зданий.

— Он вышел из строя. Мы были осторожны и держались подальше от кудры.

Не желая давать Торрену еще один шанс задавать неуместные вопросы и тратить время, Айрик встал. Он поймал себя на том, что протягивает руку Торрену — жест, который не сделал бы ни один моразир.

Лицо Торрена выразило веселье, но он принял руку, едва не сбив Айрика с ног неравномерным рывком своего веса. Он посмотрел на свою руку, затем на руку Айрика и усмехнулся.

— Думаю, атмосфера ударила тебе в голову, если уж не сама авария.

Пока тот ходил за своим клинком, Айрик быстро сказал Норе:

— Всё будет окей. Он хороший. Он был со мной, учился быть моразиром и сражаться с тех пор, как мы были маленькими.

Она улыбнулась, но затем выражение ее лица дрогнуло.

— Что значит — сражаться с тех пор, как вы были маленькими…

— Она разговаривает с тобой спокойно, — сказал Торрен, присоединяясь к ним и становясь слишком близко к Норе.

Айрик проглотил поднимающееся в горле рычание и импульс снова впечатать его в землю.

— Спасенные жизни вечно кричат — какое восхитительное разнообразие, что эта этого не делает.

Нора вздрогнула, когда Торрен сделал шаг к ней.

Не раздумывая, Айрик встал между ними, заслоняя ее.

Его друг издал удивленный звук, отступая на шаг.

— У нее нет причин бояться, — сказал Айрик. — Я знаю несколько ее слов. Как я уже сказал, она не должна здесь быть. Я уже объяснил ей, что теперь она под опекой Вейнари и ее будущее решать им. — Он посмотрел в сторону дрозекара; покалывание сковало заднюю часть его шеи. — Пока ее не переведут, она моя. У меня есть ее согласие. Тебе не нужно вмешиваться.

Одарив его недоуменным взглядом, Торрен долгие секунды изучал лицо Айрика, его губа подергивалась в попытке сдержать улыбку. Наконец, он пожал плечами, очевидно, удовлетворенный. Он вытащил кусок ткани из одного из маленьких отделений на поясе костюма и протянул его Айрику.

— Ты не очень хороший опекун для своей подопечной. У нее кровь — ты не заметил? Или думаешь, что это я ее напугал, и она сама себя укусила?

Торрен вытянул шею, чтобы заглянуть за спину Айрика.

— Прошу прощения, странный маленький человек, но это была твоя вина — прикасаться к моразиру. Держи, я заглажу свою вину, сделав то, что почти наверняка заработает мне клеймо, но мне не по себе от того впечатления, которое я произвел.

Он хлопнул себя по груди, затем указал на нее.

— Суравен, — сказал он, слегка поклонившись. — Мое имя Торрен. Тор-рен. Я…

— Больше с ней не разговаривай, — Айрик вырвал ткань из его руки. — Она тебя не понимает. — Он повернулся к Норе, пытаясь избавиться от пятен, плывущих перед глазами.

Неприкосновенный. Неплененный. Непокоренный. Вот кто ты сейчас. Веди себя соответственно.

Айрик коснулся своей губы, протягивая ей ткань, чтобы показать, для чего она нужна, глубоко сожалея о том, что не сбежал с ней в дикие земли.

Она взяла ткань и улыбнулась им обоим, промокая губу.

— Суравен, — тихо сказала она.