Йорген наклонился и выдохнул прямо на мужчину. Его дыхание пахло гнилью и смертью.

Мужчина кивнул, и я убрала руку с его рта.

— Если сдвинешься хоть на сантиметр, мой призрак тебя съест.

— Как наверху, — прошептал он.

Он знал и других голодных призраков? Замечательно. Оставив Йоргена сторожить его, я повернулась к двери.

***

Мужчина оставил дверь открытой, когда выходил наружу. Я надеялась, что Йорген не сожрёт его, пока меня нет, — я не была уверена, что смогу жить с этим на совести. Я распахнула дверь и заглянула внутрь, прежде чем войти. Там было темно. Неуютно темно.

Это всё ради мамы. Я выясню, что случилось с Адрианой, и тогда Лус будет мне должна, что бы там ни оказалось. Тихий голосок в голове, который упорно твердил, что это плохая идея, я велела заткнуться к чёртовой матери.

Я протянула руку мимо косяка, нащупывая выключатель. Когда моя рука ушла в темноту, я почувствовала странное статическое напряжение в воздухе. Нащупав шершавый пластиковый выключатель на стене, я щёлкнула им. Он был подключён не к потолочному свету, а к лампочке наверху лестницы, которая поднималась из этого нижнего вестибюля.

Я шагнула внутрь и тут же почувствовала, как это напряжение окутало меня, оно будто ползало по коже, проникало под одежду, кололо, как тысячи крошечных иголочек.

А ещё здесь пахло. Хуже, чем от дыхания Йоргена. Как от гниющего мяса. Совсем нехорошо. Я была готова найти одно мёртвое тело, но этот запах намекал, что их тут больше.

Йорген проследовал за мной из переулка и попытался заглянуть внутрь. Он наклонился к проёму, но будто натолкнулся на невидимую преграду. Возможно, на то самое странное напряжение, которое я сейчас ощущала.

— Ты можешь войти? — К чёрту бандита в переулке. Мне было бы спокойнее, если бы Йорген был у меня за спиной.

Пёс помотал головой. Что бы ни создавало эту странную пелену в воздухе, оно не пускало его.

— Чёрт.

Комната, в которой я оказалась, была чем-то вроде общей прихожей: отсюда расходились двери в боковые помещения, а впереди поднималась лестница. Я не знала, куда идти дальше, и уже собиралась попробовать дверь справа, когда услышала стон.

Сверху. Ну конечно.

Я оставила дверь открытой в надежде, что Йорген всё-таки сможет последовать за мной или хотя бы останется в поле зрения. Я поднялась на первую ступеньку — она скрипнула. Следующие три я преодолела медленнее, потом оглянулась и увидела, как силуэт Йоргена постепенно растворяется.

Что бы я ни думала, что буду делать сегодня вечером, я точно не думала, что в итоге окажусь здесь… одна.

ГЛАВА 28

Я поднялась на верхний этаж так тихо, как только могла. Впереди была ещё одна площадка и снова несколько дверей.

Снова раздался стон, на этот раз громче, протяжнее. Но я не могла понять, откуда он идёт: прямо передо мной была дверь, и ещё одна — слева. Сначала я открыла ту, что была прямо.

Здесь воняло. Как медсестра, я успела нанюхаться десятка разных оттенков смерти, видела, как личинки копошатся на гангренозной ноге, но этот запах был хуже. Внутри, разумеется, было темно. Воздух казался влажным, наверное, из-за дождя, но коже чудилась сырость чего-то испорченного, протухшего. С крайней неохотой я пошарила внутри в поисках выключателя. Вместо него моя рука наткнулась на что-то гладкое и округлое. Я ощупала стену выше и ниже, натыкаясь на всё новые странные предметы, и начала паниковать. Вдохнула, выдохнула, попыталась представить, где, чёрт возьми, должен быть выключатель, если бы это место строили по нормам, и наконец нащупала крошечный пластиковый выступ между двумя гладкими поверхностями.

На этот раз свет озарил всю комнату. И позволил мне увидеть, что именно я только что трогала на стене… кости.

— О боже. — Вся стена, из которой я выходила, была выложена костями. Длинные бедренные, короткие кости предплюсны, обломки черепов, втиснутые между ними. Кости покрывали всю стену, половину потолка и даже часть пола.

Я сделала несколько шагов внутрь, стараясь ни к чему больше не прикасаться. Не все кости были выбелены, именно поэтому здесь так пахло. На них ещё оставались кусочки плоти, обрывки сухожилий.

— ¿Hola? — раздался очень слабый, хриплый голос.

Сначала я не поняла, откуда он доносится. Изломанные очертания костей на стенах мешали разглядеть, что там, внутри, создавали оптическую иллюзию. Это была клетка из костей, установленная в дальнем конце комнаты.

— ¿Qué está ahí?

Голос звучал совсем обессиленно. Я подошла ближе, напоминая себе, что клетка — это улица с двусторонним движением: её могут жестоко использовать против хороших собак… или против плохих, чтобы защитить хороших.

Кости были скреплены изогнутой арматурой, причудливо, отвратительно красиво — в духе Гигера. Я остановилась на расстоянии вытянутой руки от клетки и заглянула внутрь.