Он медленно покачал головой.

— Нет.

— Ти…

— Я пытался тебе сказать. Не знаю, с чего я взял, что с тобой всё могло быть иначе.

— Может, и могло бы, если бы ты просто дал нам шанс. — Я не хотела надеяться, что теперь что-то может измениться, правда? Ведь я всё ещё злилась на него за то, что он меня бросил, так?

— Когда мы были в том лимузине, ты истекала кровью, а я разваливался на части… ты пахла смертью. — Он замолчал, и я поняла одно, то что он скажет дальше, причинит ему боль. — И этот запах… он был притягательным.

Я замотала головой.

— Ты бы никогда не сделал этого, Ти, ни за что…

Он перебил, не поднимая на меня глаз.

— Нет. И всё же я не могу отрицать, кто я есть. И кем останусь навсегда.

— Я не осуждаю тебя, Ти…

— Осуждала. И должна была. — Он едва заметно пожал плечами. — Это право живых — судить мёртвых.

Я прикусила губу, чтобы не сказать лишнего. Сейчас любое слово было бы неверным. И всё-таки…

— Зачем ты пришёл сейчас, Ти? — Если он вернулся ко мне, я хотела услышать эти слова. Не знала, что отвечу, но хотела их услышать. А если не ради меня, что ж, и это я тоже хотела знать.

— Меня какое-то время не было в городе. А когда вернулся, хотел проверить, как ты.

— Но не из-за меня ты вернулся, да? — Это даже не было вопросом. Если бы он хотел вернуться ко мне, он бы уже это сделал.

— Нет. В городе объявился маг, который говорит, что может вернуть мне оставшуюся часть души.

Значит, не из-за меня. Никогда не из-за меня. Ти искал свою утраченную душу с тех самых пор, как его освободили от контроля хозяина. У него была половина — достаточно, чтобы оставаться собой, но другая половина оставалась у того, кто его обратил, и с её помощью им управляли. Только обретя или вырастив целую душу, он мог по-настоящему умереть. Не просто быть уничтоженным, а умереть по-настоящему и попасть на небеса, где, как он верил, встретит всех своих старых друзей. Свою умершую жену.

Я снова скрестила руки на груди.

— Не знаю, правда ли он способен на это, но он работает над этим. У него сила, какой я никогда не видел… нет, не видел — чувствовал. Он творит магию, Эди. Настоящую. Как мой прежний хозяин.

— Что ты ему отдаёшь взамен?

Губы Ти дрогнули в горькой усмешке.

— Деньги. Много денег. Но мне они, в моём состоянии, особо не нужны. А если не сработает, я всегда смогу добыть ещё.

Наверное, вопрос трудоустройства не слишком волнует того, кто бессмертен и не всегда нуждается в еде. Я покачала головой.

— Почему ты здесь, Ти? Не в философском смысле, почему ты сидишь в моей гостиной?

Он так и не посмотрел мне в глаза.

— Хотел убедиться, что с тобой всё в порядке.

— Тебе не обязательно было разговаривать со мной, чтобы это выяснить.

— Хм. — Он провёл рукой по коротким волосам. — Наверное, я думал, что должен дать тебе ответы.

— Да, мог бы. Ещё семь месяцев назад. Точно мог бы.

— Мне ужасно стыдно за то, как всё вышло, Эди. — Он покачал головой. — Прости. Правда. Хотя и не знаю, помогает ли это хоть чем-нибудь.

Это было единственное извинение, которое я от него получу. Либо принять, либо отвергнуть. Я уставилась на дальнюю стену, где из угла выполз паук, пробежал вверх и, будто ослеплённый светом лампы, нырнул обратно в щель в деревянном полу.

— Наверное, стоит сказать, что я рада за тебя.

— Это то, чего я хочу. Чего всегда хотел. Просто я не хотел причинять тебе боль по пути. Мне очень жаль из-за этого.

— Очень жаль? — голос мой поднялся. — Да, уверена, что очень.

Ти склонил голову. Он всё ещё был красив, этого не отнять. Сильный, надёжный. Рядом с ним я чувствовала себя в безопасности. Был один безумный миг, когда я думала, что, возможно, любила его. Последние семь месяцев я старательно прятала эту часть себя.

— Рада, что ты в порядке, — повторила я. — Злюсь, что ты не дал о себе знать раньше. И мне горько, что я тогда была такой наивной.

Он поморщился, но тут же взял себя в руки, и я так и не поняла, какая именно фраза его задела.

— Что там насчёт того, что тебя избегают?

Я откинулась на спинку.

— После твоего ухода у меня начались проблемы. Сначала с оборотнями, потом с вампирами. В итоге я уничтожила все запасы вампирской и оборотнической крови в окружной больнице.

Брови Ти поползли вверх.

— Если уж ты ввязываешься в неприятности, то делаешь это по полной.

Я фыркнула.

— Похоже на то.

— А та жуткая маленькая вампирша всё ещё где-то рядом?

— Анна? Да. Правда, я не разговаривала с ней с новогодней ночи. — Как бы мне ни хотелось попросить её о помощи ради мамы. — Это она устроила так, что все меня избегают, чтобы уберечь от беды. Никому нельзя со мной разговаривать под страхом смерти, наверное. Она «освободила» меня, вынудив уйти.

Ти хмыкнул.

— Никогда не слышал, чтобы кому-то удавалось вырваться из их хватки.