Бока его черепа были свежевыбриты, но вороново-черные волосы на макушке стали длиннее, и он собрал их назад кожаным шнурком. Все в нем кричало об опасности. Каждый его дюйм был создан для тьмы, и тем не менее он был потрясающе красив. Я не помнила его настолько несовершенно-совершенным, и огонь, который я пыталась заглушить в своей груди, вспыхнул с новой силой. Как кто-то настолько темный и покрытый шрамами мог быть настолько поразительным?

— Прости, что возвращение заняло столько времени, — произнес он с озорной улыбкой, и я захлопнула рот, осознав, что все это время глазела на него. — Кажется, после моего первого проникновения они усвоили урок. Мне потребовались недели, чтобы спланировать незаметный путь в этот храм и обратно.

— Ты все это время пытался навестить меня? — шокировано спросила я.

— Да. — Он склонил голову, и его выражение лица померкло. — Ты думала, я забыл?

— Нет, — выпалила я. — Да. — Я села на краю матраса, удерживая постель между нами, как крепостную стену.

— Я держу свои обещания, Селла. — То, как его голос раскатывался в моей груди, когда он произносил мое имя, лишало меня дыхания. Я никогда не устану слышать его на его языке, наблюдать, как его пухлые губы формируют эти звуки. — Я сказал, что вернусь, и вот я здесь. — Он в знак подтверждения раскинул руки, словно был какой-то драгоценной наградой. — Если только ты не хотела моего визита? — Он замялся, словно внезапно сообразив, что послушница Хрейнасты может ненавидеть его присутствие.

И я должна была бы. Я должна была с криком выбежать из этой комнаты, броситься перед алтарем и молить о прощении за его преступления. Вместо этого я подогнула под себя ноги и схватила подушку, прижимая ее, как мягкий щит.

— Я хотела, чтобы ты пришел.

Я произнесла эти опасные слова вслух. Я никогда не смогла бы взять это признание назад, да и не хотела. Кейд захватил мой дух, и я жаждала всего, что он мог предложить. Я не стану прикасаться к нему, но мне безумно хотелось узнать, каково на вкус дружеское общение. Несмотря на то, что от этого высокого мужчины веяло опасностью, его искра вдохнула жизнь в ту часть моей души, которая из-за изоляции увяла и погибла.

— Хорошо. — Он широко улыбнулся, его шрам натянулся, и это выражение разрушило мой мир лишь затем, чтобы построить его заново, еще более ярким. Никто и никогда не смотрел на меня так, будто все его сердце было радо видеть меня. Не сосуд. Меня.

Люди улыбались мне, но никогда — вот так. Я была телом, которому суждено приютить богиню. Я была гордостью родителей и священным объектом нашей религии. Но улыбка Кейда пробивалась сквозь мою кожу и достигала тех замурованных уголков, где я прятала настоящую Селлу, и та расцветала на поверхности.

Я ответила ему робкой улыбкой, пока тишина затягивалась между нами, поскольку я не знала, что сказать. Я не умела вести беседы, и до меня вдруг дошло, насколько я одинока. Люди говорили со мной, но никогда — по душам. Однажды Селла шагнет за завесу, и Хрейнаста займет ее место. Для большинства я не была человеком; я была лишь следующим выбором богини. Они поклонялись мне больше, чем разговаривали со мной. Мой недостаток опыта дал о себе знать, и комната закружилась от накатившей паники.

Кейд же, напротив, казался совершенно невозмутимым. Он уверенно прислонился к стене, упиваясь видом моего лица, и постепенно его уверенность перелилась в меня. Он не давил и ни на чем не настаивал. Он просто был рядом, и это придавало мне сил.

— Что это? — Я вытащила из глубин духа остатки храбрости и вложила их в свой голос.

Он вопросительно склонил голову, и я указала на следы вокруг его глаз. Черные, как сажа, они гармонично сочетались с его волосами и одеждой, скрывая светлую кожу в ночном воздухе.

Его улыбка вспыхнула с такой гордостью, что она преодолела разделявшее нас расстояние и расширила мою грудь.

— Метки Вараса. Он принял меня в свой дом как одного из своих воров.

Кейд подался вперед, но, заметив испуг в моих глазах, завел руки за спину.

— Я не трону тебя, обещаю. Можешь подойти и посмотреть, если хочешь.

Я не должна была. Не могла. Не стала бы.