— Согласна. Нам нужно разузнать как можно больше, пока до этого не добрался кто-то другой. Мы знаем, что Джек связан с Киприаном, а он проявляет к тебе особый интерес, Дэнни. — Я широко распахиваю глаза, глядя на Селесту. — Кем бы он ни был, мы не можем ему доверять. До тех пор, пока он магически обязан выполнять любые приказы Киприана. К тому же остаётся факт: мы не знаем, рассказал ли он уже обо всём Киприану.

Я перевожу взгляд с Селесты на Нокса, который уже приготовил своё запястье.

— Тогда приступим.

ГЛАВА 26

НОКС

Минуты складываются в часы, пока мы прочёсываем дневниковые записи. Дэнни, похоже, вновь обрела контроль над собой и восполнила силы после того, как попила крови, что вселяет в меня надежду: «выгорание», о котором говорил отец, можно предотвратить, если она будет поддерживать своё здоровье. Однако это не избавляет от тошнотворного предчувствия, твердящего, что во всей этой ситуации кроется нечто в корне неправильное. Всего пару часов назад весь её мир рухнул, а всё, что она знала о своей семье, оказалось ложью. И я сомневаюсь, что это всё. Помочь Дэнни обуздать магию — теперь моя главная задача, ведь когда правда вскроется, я должен буду убедиться, что она сможет это пережить.

Мы перебираем бесконечные стопки книг, просматривая записи в дневниках Бенедикта в поисках хоть малейшей зацепки о существовании подобного пророчества. Пока что глухо. Но какая выгода Джеку от лжи? В чём его истинная цель? Наш мир предлагает все богатства и власть, о которых человек может только мечтать. Так почему он скрывал свою личность до сих пор? И что ещё важнее — знает ли отец о его предках? Не потому ли его выбор пал именно на Джека? Возможно, они в сговоре, чтобы извлечь выгоду из Дэнни и тех преимуществ, что магия даёт отцу. Это кажется наиболее верным объяснением.

Не найдя ничего полезного, я закрываю очередной дневник Бенедикта. На каждой странице раз за разом было выведено лишь одно слово: «конец». Бесполезно. Я беру следующий, ещё более старый на вид; некоторые страницы выпадают из переплёта, когда я снимаю кожаную обёртку. Открываю первую страницу.

Сердце пропускает удар, когда я узнаю почерк. Я обвожу пальцем изящные линии букв моей матери. Этот дневник принадлежал ей, а не Бенедикту. Я предполагал, что это возможно, когда отдавал приказ, но видеть и держать в руках единственную материальную вещь, оставшуюся от неё, — от этого в горле встаёт ком. В то время мне было по большей части плевать, что отец запретил её дневники и передал их на хранение Клавдию. Я всегда полагал, что ему было просто слишком больно на них смотреть после её жертвы. Но теперь, пролистывая страницы и вчитываясь в детали первородного Связывания и роли другой семьи, помогавшей ей в этом, я понимаю, почему он не хотел, чтобы кто-либо в нашем мире узнал правду. Если бы это случилось, двор бы взбунтовался.

Я сам едва в это верил, даже перечитав отрывок шесть или семь раз. Запись была сделана на следующий день после того, как будущие члены Пятёрки Великих прибыли, чтобы присягнуть нам на верность и умолять отца обратить их.

Киприан одинок. Он жаждет мужской компании, хочет снова почувствовать власть. Он считает, что мы должны обратить этих людей, как был обращён он сам, но моя магия уже не так сильна. Не думаю, что смогу провести заклинание обращения снова, не поплатившись за это жизнью. Я предложила ему попробовать самому, естественным путём. Всё, что нужно — это кровь и смерть. Высшая жертва. «Доведи их до грани смерти, а затем позволь испить твоей крови, как я сделала это для тебя», — сказала я ему. И он так и поступил. И теперь двое вампиров стали пятью.

Но Киприан приводит меня в замешательство. Полагаю, он не до конца доверяет своим новым товарищам, потому что сказал им, что они не могут выходить на солнечный свет. Что является ложью. Солнечный свет не сжигает вампиров, и, ума не приложу, зачем он им так сказал. Но мы с Ноксом сохраним его секрет. То, что делает Киприана счастливым — мой главный приоритет и долг как его жены.

Книга дрожит в руках. Я совершенно этого не помню. Это, должно быть, ложь… Солнечный свет убивает нас, если не считать жителей деревни, желавших запереть нас в чистилище, именно это стало главной причиной, по которой мы сбежали сюда много веков назад. Я продолжаю читать, моя жажда правды теперь сильнее, чем когда-либо была жажда крови.

Моя сестра прокляла нашу семью. Она узнала о нашем пополнении и в порыве ярости отправилась в соседний город, где начала распускать о нас небылицы. Мои мальчики не питаются человеческой плотью. Кровь — их источник жизни, поэтому они вынуждены пить её, но они ни разу не взяли её у человека, за исключением того заклинания, когда пили мою. Скоро сюда нагрянут селяне, но сколько ещё должно случиться убийств, прежде чем мы наконец будем в безопасности? Всё, чего я хочу — чтобы моим мальчикам ничего не угрожало.

Я поделилась своими страхами с мужем, и он согласился, что оставаться здесь нам небезопасно. Поэтому я работаю над чем-то новым. Убежищем для их вида. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы довести дело до конца.