Я растворяюсь в Пустоте, появляясь в омуте теней перед своей госпожой. Быстро ориентируюсь в библиотеке Рейвен-Уотч. Моя тревога немного утихает. Людмила никогда не использует библиотеку для пыток или допросов. Она хочет, чтобы я ей о чем-то доложил... или собирается дать новое задание.

Библиотека всегда была моей любимой комнатой в поместье. Я почти никогда не бываю здесь при дневном свете. Одна стена сплошь состоит из окон, пропускающих отличный утренний свет и открывающих бесподобный вид на Флит-Коув. Остальные три стены заставлены книжными полками от пола до потолка. Библиотека продолжается на балконе второго этажа, куда можно подняться по винтовой лестнице, спрятанной в углу.

Я парю посреди комнаты, касаясь скелетными пальцами поверхности старинного глобуса. Это оригинальная работа Дж. и У. Кэри. В конце восемнадцатого века династия Кэри была одной из самых известных семей картографов и создателей глобусов в Лондоне.

Именно из-за меня у Людмилы появился этот глобус. Как только мы оказались связаны, она назвала мне имя сына Джона, чтобы я его поглотил, и забрала глобус из его частной коллекции в качестве сувенира. Если Людмила чего-то хочет, ничто не встанет у нее на пути. Я до сих пор помню его вкус — пропитанный вином инжир и старый пергамент. Его душа была одной из первых, что я забрал, находясь в рабстве у Людмилы.

Легким движением костлявого пальца я заставляю глобус медленно вращаться.

— Вы звали меня?

Людмила сидит на диване перед окнами, по обе стороны от нее расположились члены ее ковена. Димитрий Галанис — могущественный ведьмак с глубокими связями в демоническом преступном мире. Жестокий громила, грубый и вспыльчивый. Сложенный как гигант, с руками, сплошь покрытыми чернилами демонических рун. По другую сторону сидит Минди Кейс. Наполовину ведьма, наполовину гарпия, она предана Людмиле до безумия. Миниатюрная брюнетка с бледной кожей, фиалковыми глазами и хищным профилем.

За диваном стоят еще два члена ковена. Первый — Николай Халстон, сообразительная и умная горгулья. Горгульи редко покидают свои кланы. Полагаю, для Николая приманка в виде денег Людмилы оказалась слишком хороша. Обычно он чересчур умен, чтобы ввязываться в драку, но если уж до этого доходит, всегда побеждает. Природа существа делает его почти неуязвимым.

Последний из присутствующих членов ковена — Энцо Барсотти. Он с Людмилой меньше всего, по сравнению с остальными тремя. Вспыльчивый огненный ведьмак с отличными связями в человеческом криминальном мире. За последние несколько лет мне не раз приходилось работать с ним во время преследований или охоты. Этот адский ублюдок никогда не затыкается.

— Подойди, рейф, — говорит Людмила, поманив меня пальцем. — У меня для тебя задание.

Было бы у меня сердце, оно бы сейчас бешено колотилось. Не вынесу, если меня отошлют на новое задание вдали от Джаспера и Берди. Если это преследование, я могу застрять на недели. Даже на месяцы. Смогу ли я еще раз нарушить ее приказы и вернуться к ним? Неужели я вот-вот потеряю всё, чего достиг?

Я подплываю вперед на пару дюймов; голова опущена в глубине темного капюшона.

— Я к Вашим услугам.

Она сидит в самом сердце своего ковена, словно волчица в логове.

— Я хочу, чтобы ты вернулся на остров Берр.

Я замираю, не до конца веря своей удаче.

— Что мне нужно там сделать?

— Я хочу, чтобы ты преследовал ковен, — отвечает она. — Нам нужно знать, как они оправляются от своего маленького разочарования в начале этой недели.

Ведьма-гарпия Минди резко поворачивается к ней, сузив фиалковые глаза.

— А что случилось?

Людмила улыбается маленькой ведьме.

— Разве ты не слышала? Их верховный жрец скоропостижно скончался ночью. Остановка сердца, не так ли, рейф?

Я склоняю скрытую в капюшоне голову.

— Именно так, госпожа.

Минди смеется.

— Ох, Мил, какая же ты злая. Зачем вообще возиться с этими глупыми островными ведьмами?

Протянув руку, Людмила заправляет прядь волос Минди за ухо.

— Потому что у них есть то, что мне нужно... то, что я считала потерянным для себя навсегда. — Она поворачивается ко мне, и улыбка сползает с ее лица. Зачем тратить улыбку на меня? Вы улыбаетесь лопате, прежде чем выкопать яму? — Мне нужно знать, кого они выберут преемником ведьмака Прескотта на посту главы ковена.

Ох, нет. Это плохо.

— Да, госпожа, — говорю я, снова кивнув.

— Я хочу, чтобы за ними всеми следили, — продолжает она. — Отслеживай их передвижения как можно тщательнее. И особенно пристально приглядывай за тем молодым историком.

Моя звериная сущность жаждет метнуться через ковер, вонзить пальцы в грудь Людмилы и, блядь, разорвать ее на куски. Хвала богам, какая-то рациональная часть меня берет верх. Я сдерживаюсь, выжидая.

На острове Берр два историка. Я должен быть уверен...

— Назовите имя историка, — бесстрастно произношу я. — Я позабочусь о самой тщательной слежке.