— Нет. Только с тобой.

Она рассмеялась.

— Нас восемь девочек. Девять, если считать Шелли, но ей пятнадцать, и она помощник учителя.

Я видел Шелли, и, хотя она была ближе ко мне по возрасту, она ни в коей мере не была такой интригующей, как Уиллоу.

— Говорят, что Шелли — гений.

Я улыбнулся Уиллоу, но ее слова не были услышаны. Казалось, что я не могу нормально мыслить, когда она рядом.

— Пора меняться, — крикнула Кайя, и мне пришлось отойти в конец очереди, пока Хантер подошел поговорить с Уиллоу.

— Привет, я Скай. — Девушка тоже была хорошенькой, но мои глаза не переставали искать, улыбается ли Уиллоу или смеется ли она сначала с Хантером, затем со Штормом, Платоном и всеми остальными парнями, с которыми ее познакомили.

Еще до конца дня я назначил себя защитником Уиллоу. Вот почему, когда Неро сделал замечание о ней тем вечером в комнате мальчиков, я надрал ему задницу. Используя свой рост и силу, я прижал его лицо к подушке так, что он перестал дышать и испугался.

— Никогда больше не комментируй внешность Уиллоу. — Я усмехнулся и вернулся в свою постель.

Несколько других мальчиков не сразу поняли, что к чему. Через две недели после начала учебного года я заметил, как Шторм, заведя руки за спину Уиллоу, с ухмылкой имитировал ее пышные формы. Меня не удивило, что он проявил интерес к Уиллоу. Ему было почти четырнадцать, как и мне, и она произвела такое впечатление почти на всех нас, мальчишек.

Шторм не улыбался, когда я затащил его за школу и прижал к стене, заламывая ему руку назад.

— Не делай таких жестов за спиной Уиллоу, или я, бл*дь, переломаю тебе руки, ты понял?

Наконец, он и остальные поняли, что, когда дело касалось Уиллоу, мне было не до смеха.

Она заставляла меня чувствовать себя неуправляемым и эмоционально неустойчивым. Ее улыбка могла поднять настроение и заставить порхать бабочек. Но когда я увидел, что ее партнер пришел на утренний массаж с кем-то другим, у меня разболелась голова и появилось ощущение жжения в горле.

Я не мог прикоснуться к ней и не знал, что ей сказать. С того момента, как я впервые увидел ее, Уиллоу была первой мыслью, о которой я думал по утрам, и последней, перед тем как заснуть. Это было похоже на неизлечимую болезнь.

И вот однажды в среду утром настала моя очередь присоединиться к Уиллоу на утреннем массаже.

— Ступни, кисти, плечи, шея или волосистая часть головы? — спросила она меня с застенчивой улыбкой.

— Плечи. — С того самого момента, как Рейвен в первый раз сделала мне массаж, я знал, что больше всего на свете хочу, чтобы это сделала Уиллоу. Рейвен попросила меня лечь на живот, а затем просто устроилась у меня на пояснице и начала массировать шею и плечи.

Я подумал, что, возможно, это единственный способ заставить Уиллоу сесть на меня верхом, и хотя в нашем утреннем массаже не было ничего сексуального, я фантазировал о том, как буду чувствовать тяжесть ее тела на себе.

— Хочешь, я сниму футболку? — спросил я ее.

— Если хочешь.

Я снял футболку. Гордясь своим и без того мускулистым телом, я лег на живот, оглядывая других школьников, которым делали массаж, и слушая успокаивающую музыку.

Уиллоу опустилась на колени рядом с моей головой.

— Соло, ты можешь повернуться на спину?

Это был другой способ массажа, и я знал, что она хочет, чтобы я положил голову ей на колени. Когда я повернулся и прижался к ней, она начала мягко поглаживать мои плечи и шею. Я был подростком, в котором бушевали гормоны, и прикосновение ее рук к моей обнаженной коже произвело немедленный нежелательный эффект, который быстро вылился в заметную проблему, когда я почувствовал, как у меня в штанах встает дыбом.

Я сел, чтобы скрыть свое затруднительное положение.

— Эм, Уиллоу, ты не могла бы сделать это по-другому?

— Ты хочешь лечь на живот?

— Да, если ты не возражаешь. — Я уже поворачивался, и хотя это было неудобно, по крайней мере, я спрятал стояк в штанах.

Я затаил дыхание, когда Уиллоу забралась мне на спину, ее ноги оказались по обе стороны от моего тела, а руки массировали мои плечи с большей силой, чем раньше.

— Больно?

— Что, массаж?

— Вот это. Она надавила пальцем на одно место.

У меня покраснели уши.

— Они белые. Можно я их выдавлю?

Я был огорчен тем, что Уиллоу, на которую я хотел произвести впечатление, уставилась на белый прыщик у меня на спине, о котором я не знал. Почему именно сегодня у меня должен был появиться прыщ?

— Можно? Это так забавно — вскрывать их.

— Нет. — Я потянулся за своей футболкой и натянул ее через голову, все еще держа Уиллоу на спине.

— Что не так? У всех подростков они есть. Все это знают. У меня они тоже скоро появятся.

— Что ты делаешь? — Кайя подошла, когда я перевернулся на бок, заставив Уиллоу упасть.

Смущенный, я встал и, не оглядываясь, вышел из комнаты.