Магни, Хан, Етти и я сидели в маленьком пабе в местной деревне, где бармены знавали лучшие времена, а пятеро местных посетителей то и дело оглядывались и перешептывались о неожиданном появлении своего правителя и его брата.

Хан заявил, что они с Магни выпьют всего по кружечке пива, прежде чем вернуться домой, но к этому времени мы уже допивали четвертую пинту; похоже, он предпочитал деревянную скамью в этом маленьком пабе нежели «Голден Палас», который называл своим домом.

— Ты сказал Перл? — я спросил.

— Да. Она проинформировала Совет на Родине. — Его взгляд был прикован к указательному пальцу, которым он постукивал по бокалу. — Они хотят встретиться.

— Как ты думаешь, они закроют программу по подбору партнеров?

— Они могли бы, — пробормотал Хан с суровым выражением лица. — Если только мы не сможем как-нибудь отговорить их от этого.

— Я рассказал Боулдеру и Финну о смерти Джозефины. Они на встрече выпускников и недоумевали, почему мы так долго не появляемся. — Магни отодвинул свой пустой стакан и подозвал официанта. — Еще по одной.

Етти никогда не встречал Финна и Боулдера, которые были лучшими друзьями Хана и Магни, но я знал и рассказывал ему о них.

— Ты прав, Магни, нам пора идти. — Хан повернулся ко мне. — А как насчет тебя?

В моем животе образовался узел размером с кулак.

— Я?

— Да. Все уже на встрече выпускников. Не хватает только нас.

Магни застонал.

— Какого хрена ты спрашиваешь его об этом? Соло не может пойти, и ты это знаешь. Кроме того, уже за полночь, они все уже будут спать.

Мысль о том, что Уиллоу там спит, заставила меня опустить глаза. Я так сильно по ней скучал. Чего бы я только не отдал, чтобы увидеть ее еще раз.

Хан откинулся назад и скрестил руки на груди.

— Я считаю, что пришло время отменить судебный запрет Соло. Он не причинит вреда Уиллоу.

Магни напрягся.

— Но…

Поднятая рука Хана заставила Магни замолчать.

— То, что произошло, было прискорбно, но я думаю, что теперь мы можем доверять Соло. Он должен пойти на встречу выпускников.

— Но он не приглашен, — возразил Магни.

— Неправда. — Я заговорил с надеждой в душе. — Мила пригласила меня. Я сказал ей, что у меня слишком много работы.

— Да, но Мила и остальные не знают о твоем судебном запрете.

Хан запрокинул голову и посмотрел в потолок.

— Прошло достаточно времени. — Он снова сосредоточился на своем брате. — Магни, мы все совершали ошибки, и Соло заплатил за свои. Прошло семь лет, и он уже взрослый мужчина. Я говорю, что он может пойти.

Магни глубоко вздохнул, и его грудь приподнялась.

— И как ты думаешь, что Хантер скажет по этому поводу?

Единственным ответом Хана было пожатие плечами.

— Ты уверен, что хочешь встретиться с ними снова? — Магни бросил мне вызов.

Слегка выпятив грудь, я фыркнул.

— Не оскорбляй меня. Я не боюсь Хантера.

— Почему ты должен бояться встречи с этим Хантером? — спросил Етти, сдвинув брови.

— Я не боюсь, — настаивал я. — Может, он и отличный футболист, но я всегда был лучшим бойцом.

— Погодите, — Етти со стуком поставил свой стакан на стол. — Вы ведь не о Хантере Геркулесе говорите, не так ли?

— Да. Футболист. — Хан наклонился в сторону, когда бармен принес ему четыре новых кружки пива.

— Мне чертовски нравится Хантер. Этот парень великолепно владеет мячом. — Мой друг засиял, как маленький ребенок. — Я его самый большой поклонник.

— Может быть, из-за роста, — пробормотал я, поскольку Етти был семи футов ростом, как и я.

— Хантер — близнец Уиллоу, и он очень заботится о ней. — Магни прищурился, как будто пиво застилало ему зрение.

Я сжал челюсти.

— Прошло семь лет.

— И что? Ты думаешь, он когда-нибудь простит тебя за то, что ты украл у него сестру?

— Я ее не крал.

— Если ты пойдешь на встречу выпускников, там будет драма. Это гарантировано. — Магни вытер рот тыльной стороной ладони. — Я ненавижу драмы.

— Дело не в тебе, Магни. — Хан наклонился к брату. — Соло хочет снова увидеть Уиллоу, но в то же время он боится, что она не захочет с ним разговаривать.

Магни усмехнулся.

— С каких это пор ты стал, черт возьми, экспертом по его чувствам? Все, о чем ему следует беспокоиться, это о том, чтобы Хантер его не убил.

— Какого черта, Соло? — Етти бросил на меня обвиняющий взгляд. — Зачем тебе понадобилось настраивать Хантера против себя? Во всех интервью, которые я когда-либо видел, он казался самым милым парнем.

Мое тело напряглось, и я откинулся на спинку стула.

— Я не хочу об этом говорить.

Етти повернулся, чтобы посмотреть на Магни и Хана.

— Я знаю о судебном запрете. Мне дали инструкции сообщить, если Соло когда-нибудь пропадет, но Соло говорит мне только, что это было недоразумение. Может, кто-нибудь из вас скажет мне, что, черт возьми, произошло на самом деле?

Магни вытер с бороды пивную пену и оперся локтем о стол.