Между нами накопилось много долгов.

Пора их собирать.

Мои глаза скользят по ее длинному платью с открытыми плечами. Бархатный темно-зеленый материал облегает ее крошечную талию и расширяется на бедрах, созданных для моих рук.

Пучок ее огненных волос на затылке выглядит болезненно.

Рыжие волосы. Красные ногти. Красные каблуки.

Кровь.

Мой любимый, чертов цвет.

— Туман. — Голос Призрака тверд, но не резок.

Она не обращает на него внимания и продолжает сверлить меня взглядом. Она никогда не была такой суровой и напряженной, как туго натянутая струна, готовая вот-вот лопнуть.

Я сам буду тем, кто дернет за струну и сломает ее раз и навсегда.

— Разве ты не должен был убраться в какую-нибудь дыру на Ближнем Востоке? — спрашивает она холодным, безапелляционным тоном.

Тень бросает на нее тяжелый взгляд.

— Жестоко, старая карга. Он только что вернулся с того света.

— Пошла ты, ведьма, — огрызается Скар, оскорбленная за меня.

Я сохраняю хладнокровие и киваю Призраку, раз уж он попросил меня помочь. Еще несколько месяцев назад я бы просто отказался. Я всегда был одиноким волком, неспособным играть по правилам стаи. После того как Аид взял меня в плен и пытал до полусмерти, мне плевать, почему я держался в стороне раньше.

Пытки - не то, с чем я не знаком. Я получил свою порцию и отплатил тем же, хотя никогда не любил ближний бой. Но то, через что я прошел в «Яме»? Это были не пытки. Это было мое постепенное погружение в, чертово, безумие.

Даже сейчас тихий шепот не покидает мою голову.

За те недели и месяцы, проведенные прикованным к потолку, я принял решение, что если выберусь, то наконец взыщу свой пятнадцатилетний долг.

— Призрак совершил ошибку. Ты можешь уйти. — Туман складывает руки на груди, что подчеркивает ее круглую, упругую грудь. Ее лопатки подаются вперед в угрожающем жесте, но я могу сосредоточиться только на вырезе ее платья и на том, как темно-зеленый цвет контрастирует с ее бледной кожей.

Мой член дергается, а в груди вспыхивает горячая ярость. Блять. Я даже не могу возбудиться из-за нее без глубокого, разъедающего гнева.

Я отрываю от нее взгляд и перевожу его на Призрака. Он пригласил меня, ему и разбираться. Призрак слегка кивает, затем говорит Туман:

— Теперь, когда я уезжаю, а Тень занят, нам нужна помощь Ястреба.

— Нам не нужна. — Она выплескивает гнев на Призрака. — Я сама могу со всем справиться.

— А я хочу Ястребёнка! — Скар вскакивает с места. Слои ее объемной ярко-розовой юбки шуршат, когда она налетает на меня с объятиями коалы. Я отступаю назад и крепко придерживаю ее рукой, прежде чем отпустить. Учитывая, какая она крошечная, я постоянно боюсь причинить ей боль.

Будучи крошечной и кукольно красивой, она заставляет всех, кроме членов «Нулевой команды», терять бдительность рядом с ней. Худшая ошибка в их жизни. Она - смерть, завернутая в ярко-розовую юбку.

Я улыбаюсь ей и глажу по голове. Ее глубокие янтарные глаза всегда напоминали мне сестру. Это все, что я помню из своей жизни до «Ямы». Маленькая сестренка. Автокатастрофа из-за пьяного водителя и все.

Хотя я почти ничего не помню, горе осталось. Я знаю, что потерял сестру и, вероятно, родителей в той аварии. Поэтому, когда я встретил Скар в «Яме», я классифицировал ее как замену моей сестре.

— Здесь так скучно, — дуется Скар, как ребенок. — Останешься в этот раз, м?

— Он не останется. — Туман снова игнорирует мое существование и сверлит взглядом Скар.

— Не тебе это решать. — Скар слезает с меня.

— Я здесь хозяйка, и все решения проходят через меня. Он уходит. — Туман постукивает по своей руке пальцами с красным маникюром. Красный всегда был ее цветом. Раз уж она изменила всё остальное, почему не изменила и это?

Все молчат, вероятно, ожидая моего хода. Даже мелкий гаденыш Пламя, который обычно проводит свои дни за сном, продолжает склонять голову набок, жаждая катастрофы.

Я сую руку в задний карман, достаю сигарету и не спеша закуриваю. Первая затяжка никотина гасит хаос в голове. Это не сравнится с «Омегой», но вводит меня в нужное состояние.

Продолжая выпускать дым, я направляюсь к Туман. Она стоит на своем, ее взгляд полон вызова, но постукивание пальцев прекращается. Когда я останавливаюсь прямо перед ней, меня накрывает сильный аромат духов. Он совсем не похож на то, чем она пахла раньше, мягко и игриво, сиренью.

Какого черта я пытаюсь найти следы Бунтарки в этой женщине?

Туман вскидывает подбородок, ее розовые губы сжимаются в тонкую линию. Они не красные.

Жаль.

— Ты не правишь здесь одна, и решение зависит не только от тебя. — Я игнорирую ее и обращаюсь к остальным. — Давайте проголосуем. Кто хочет, чтобы я остался, поднимите руку.

Скар подпрыгивает с поднятыми руками, как ребенок на Рождество.

— Ястребёнок должен остаться!