Это только начало, Софи. Страх угасает, языки начинают развязываться и будут питать национальную следственную комиссию, которая, наконец, должна открыться в ближайшие месяцы. Сколько женщин из коренных народов подверглись подобному обращению в этих изолированных местах, где связь с внешним миром практически отсутствует? Тысячи? Сколько из них нашли в себе силы и мужество, чтобы потом начать новую жизнь? Сколько исчезли в полном безразличии, оставив свои семьи беззащитными перед молчанием наших руководителей и бездействием нашей полиции? И сколько покончили с собой от отчаяния?

Вот почему нам так нужны твои показания, даже если ты не знаешь личности своих насильников. Возможно, твои слова вызовут другие признания в инну-сообществе Норфервилля, а также в Матимекуш-Лак-Джон, Уашат, Малиотенам и других местах. Голоса коренных женщин должны быть услышаны, чтобы канадское правительство признало свою ответственность за эти человеческие трагедии, которые происходят с индейскими женщинами уже более сорока лет...

Сегодня мы строим Канаду завтрашнего дня.

С уважением,

Валентина

Леони отпустила напряжение, которое охватывало ее каждый раз, когда она читала это сообщение. Теперь нужно было ждать, пока образы и неприятные запахи той ужасной ночи вернутся в уголок ее головы. Она думала, что со временем все забудется. Как же она ошибалась. Глубоко вздохнув, она прокрутила нить переписки, которая последовала за этим сообщением, и нажала «Ответить.

Здравствуйте, Валентина,

К сожалению, я не смогу приехать в Квебек в этот четверг, из-за многодневной командировки я вынуждена отменить нашу встречу. Мне очень жаль, я понимаю, как вы разочарованы, но я свяжусь с вами по возвращении. Не бойся, мое желание довести дело до конца по-прежнему сильное...

С глубоким уважением,

Софи

Она отправила письмо, быстро отключилась, чтобы не пожалеть об этом, и выключила компьютер. Затем она положила кобуру с тяжелым пистолетом Glock 17 на чемодан. Черная рукоятка пистолета блестела в свете настольной лампы.

Да, она доведет дело до конца, но, возможно, не так, как планировала. Завтра она вернется в прошлое. Она столкнется с монстром, скрывающимся в далеком лесу, высоко на севере. Конечно, она боялась, и шрамы будут кровоточить еще сильнее, когда Норфервилл снова зажмет ее в своих тисках, вместе с теми, кто причинил ей боль. Но так или иначе, эти кобели за это заплатят.

Как говорится: - Око за око, зуб за зуб. -

8

Леони дремала, убаюканная гудением DHC-3 Otter, с которого сняли поплавки, чтобы установить колеса. Полетный план предусматривал посадку на единственной взлетно-посадочной полосе аэропорта Норфервилля около 10:10, то есть более чем через два часа после взлета. Внезапно порыв ветра встряхнул моноплан и вырвал ее из оцепенения. Полицейская бросила полусонный взгляд на своих спутников. Впереди Симон Рой, судебный медик, занимался кроссвордами, а сразу за ним молодой Тео Пакетт, криминалист, читал книгу о боеприпасах. Оба они не были большими болтунами, но ей это подходило. Уютная атмосфера, тепло, прежде чем столкнуться с враждебностью субарктического климата. Очень скоро она останется одна под этим обманчиво голубым небом, где ни одно облако не преграждает путь пронизывающему холоду, спускающемуся прямо из верхних слоев атмосферы.

Она прижалась виском к иллюминатору. Пышные леса и бурлящие пороги первых километров быстро сменились суровой безграничностью Крайнего Севера. Тысячи озер, окаймленных короной из инея, прорезали до самого горизонта покровы елей, покрытых снегом. Под их ногами простирался какой-то конец света. Нитассинан, подумала Леони. - Наша земля» на языке инну-аймун. Подумать только, что ее прапрадед провел всю свою жизнь полукочевым образом на этих землях, в гармонии с природой, охотясь и рыбача! Она бы не продержалась там и ночи.

Пилот предложил им приготовиться к посадке. Самолет начал снижаться, пролетая над глубокими красными ранами, нанесенными компанией Iron North. Это было похоже на то, как будто разъяренный великан обрушился на эту часть страны с саблей. Дальше были видны ряды бараков, в которых жили восемьсот шахтеров, добывающих железо из недр Земли в холоде и боли. Черный густой дым поднимался в небо.

— Там пожар. Похоже, люди жгут шины возле шахты, — прокомментировал пилот, прежде чем совершить поворот. Пахнет протестами.

Самолет направился к Норфервиллю, одна сторона которого примыкала к берегу озера Ридж. С левой стороны простиралась резервация Папакассик. Она жила на одной из трех улиц — Westside, Edgeside и Southside — которые, как щупальца, отходили от окраин города и углублялись на километры в природу, в те уютные дома, которые INC сдавала в аренду своим ответственным сотрудникам. Это был своего рода шикарный пригород, контрастирующий с пыльным и гнилым центром.