1

Водитель заглушил двигатель, и звук гравия под колёсами стих. Я прижалась лбом к стеклу, разглядывая дом. Два этажа, крыльцо по периметру, качели с лиловыми подушками, горшки с цветами. Озеро на заднем плане отражало закат. Я помнила это место. Помнила, как бегала босиком по пирсу, когда была малая, и забот было меньше.

Дверца такси открылась, и я вылезла, потянулась, чувствуя, как затекли ноги после долгой дороги. Плечи оголились под летним солнцем, ветер шевелил волосы. Где-то стрекотали цикады, озеро красиво искрилось вдалеке — прибой о берег, пение птиц.

Я выдохнула. Город остался там, с его смогом и вечной тревогой.

Родители устроили этот ретрит к моему выпуску из универа. Четыре года зубрёжки, кофе и бессонных ночей — и я держала в руках папку с красным дипломом. Доказательство, что я справилась. Теперь мне нужно было время, чтобы выдохнуть. Понять, что делать дальше, без чужих советов и едких комментариев дальних родственников.

Таксист уехал, оставив за собой облако пыли. Я осталась одна. Тишина обступила со всех сторон — только деревья, вода и я.

Я блаженно прикрыла глаза, заперла последние годы в коробку и убрала её в самый дальний угол сознания.

— Гляди-ка, кто соизволил появиться! — мужской голос с крыльца заставил меня улыбнуться.

Я подняла голову. Егор, мой старший брат, лениво опирался на перила, нацепив солнечные очки на лоб. У него была эта вечная дурацкая ухмылка, и бутылка пива в руке. Ему уже под сорок, но он выглядел так, будто ему двадцать пять и он только что сбежал с тренировки. Скольких девочек он успел совратить этим смазливым лицом?

— Егор! — я взбежала по ступенькам, и он подхватил меня, оторвал от земли, закружил, как в детстве. Я рассмеялась, вцепившись в его плечи.

— Моя выпускница! — заорал он, опуская меня на пол и трепля по голове. — Ну, малая, показывай свой диплом. Или он уже пылится в сумке?

— Там, — я махнула рукой в сторону чемодана у ступенек. — И, вообще-то, у меня есть имя. Мне уже не пятнадцать, чтобы ты продолжал звать меня малой. Понял?

— Не-а. Для меня ты всегда будешь мелкой, — Егор подтолкнул меня локтем. — Ты рано приехала, кстати. Я думал, тебя только вечером ждать.

— У меня был рейс утром. Я хотела приехать пораньше.

— Понимаю, — он скрестил руки на груди. — Мы все уже здесь. Мама на кухне что-то колдует с утра. Папа на рыбалке с соседом. И Адик тоже приехал, кстати.

Я моргнула.

— Аркадий?

— Ну, ты помнишь его. Мой лучший друг со школы. Он часто бывал у нас, когда ты была совсем мелкой.

Я помнила. Конечно, помнила. Высокий, широкий в плечах, с тёмными волосами и пронзительным взглядом. Он всегда казался мне взрослым — слишком взрослым, чтобы обращать внимание на младшую сестру друга. Зато я обращала. В те годы я прятала взгляд, когда он проходил мимо. Ни разу не смотрел на меня.

— Он здесь? — стараюсь звучать равнодушно.

— Угу, — Егор ухмыльнулся. — Приехал вчера. Говорит, тоже нужен отдых от города.

Гравий хрустнул сбоку. Я обернулась.

Зря. Можно было бы догадаться, кто именно будет стоять за моей спиной.

Адик Чернов стоял в нескольких шагах, руки в карманах джинсов, рубашка с закатанными рукавами. На подбородке — лёгкая щетина. Волосы чуть растрёпаны, как будто он провёл по ним рукой. Он смотрел на меня в легком замешательстве.

— Майя, — раздался низкий мужской голос, от которого я раньше писала кипятком.

— Аркадий, — я шагнула к нему, протянула руку, но он вместо рукопожатия притянул меня в объятие.

Этого я совсем не ожидала.

Объятие вышло коротким, дружеским — но я почувствовала его тепло, жар его тела, твёрдость плеч. Запах мыла и кедра. Он не поменял его.

Я отстранилась слишком быстро и заправила прядь за ухо.

— Ты выглядишь по-другому, — его острый взгляд задержался на моём лице.

— Четыре года в универе, — я сдержанно улыбнулась. — Сессии и экзамены меняют человека.

Уголки его губ дрогнули. Лёгкое движение, которое я бы не заметила, если бы не вглядывалась.

— Диплом с собой? — спросил он.

— В сумке. Там же и мозги, которые остались после сессий.

— Рад, что они пригодились, — он медленно кивнул. — Уверен, диплом заслужен. Многие же просто покупают.

Дверь дома неожиданно распахнулась, и на крыльцо выскочила моя мама в белом льняном платье. Её тапки зашлёпали по дереву, и она бросилась ко мне, обнимая так крепко, что я безвольно уткнулась носом в её плечо.

— Майа! Ура, моя девочка вернулась! — она сжала меня, гладя по спине. — Как я рада! Как доехала? Сильно проголодалась?

— Мам, всё хорошо, — я ответила на объятие, чувствуя, как отступает неловкость.

Из дома вышел отец в шортах-карго, улыбаясь, поглаживая живот. Он мало говорил, но его глаза улыбались — я видела морщинки в уголках.