– Ты, Соня, либо очень смелая, либо очень глупая. Но я склоняюсь к первому. Дерзить на собеседовании – это самоубийство, но ты делаешь это так, что мне хочется тебя слушать. – Он поднялся из-за стола и, обойдя его, остановился в метре от меня. – Итак, ты предлагаешь пересмотреть подход к судебным делам? Докажи. Сейчас, прямо здесь. Я даю тебе свой ноутбук, ты показываешь, как бы ты построила защиту по одному из моих дел, и если меня это убедит, ты получаешь работу.

Я внутренне выдохнула – он давал шанс, и я не могла его упустить. Я села за его стол, чувствуя, как нагретое кресло сохраняет тепло его тела, и это сбивало с толку. Но я сосредоточилась на экране, открыла файлы и за десять минут набросала схему защиты, ссылаясь на свежую практику Верховного суда. Когда я подняла глаза, он стоял прямо за моей спиной, опершись руками на подлокотники кресла, так что я ощущала его дыхание у себя на шее. Это было навязчиво, почти интимно, но я не дрогнула.

– Ты быстрее думаешь, чем мои штатные юристы, – прошептал он мне почти в ухо. – Это опасно. Таких, как ты, надо или сразу увольнять, или цеплять к себе коротким поводком.

Я медленно повернула голову, и наши лица оказались в сантиметре друг от друга. Я видела каждую морщинку вокруг его глаз, чувствовала запах дорогого парфюма с нотками кедра и мяты. Сердце забилось быстрее, но я взяла себя в руки.

– Не переживайте, Роман Сергеевич, я сама могу за себя постоять. Поводок – не мой фетиш.

Он засмеялся – громко, искренне, и от этого смеха у меня мурашки побежали по спине.

– Чёрт, какая же ты дерзкая! – сказал он, выпрямляясь. – Но я люблю вызовы. Значит, так. Завтра в девять утра ты у меня в отделе кадров подписываешь трудовой договор. Испытательный срок – три месяца. Если провалишь хоть одно дело – вылетишь без выходного пособия. Если выиграешь все три – получишь премию и повышение. Идёт?

Я кивнула. Его условия были жёсткими, но я знала, что справлюсь. Он протянул мне руку, и я пожала её – он сжал мои пальцы крепче, чем нужно, задержав на мгновение дольше приличий.

– Но предупреждаю, Соня, – сказал он, наклонившись так, чтобы никто за стеклом не мог нас слышать. – Ты будешь работать в кабинете напротив моего. Я собираюсь тебя проверять лично. И не только по бумагам.

Я высвободила руку и насмешливо улыбнулась.

– Вы только что сказали, что даёте мне работу. Надеюсь, вы не передумаете уже завтра, когда увидите, что я умею делать по-настоящему.

Он усмехнулся, и в его взгляде мелькнуло что-то тёмное и жадное.

– Увижу. И обещаю, это будет интересно.

Я вышла из кабинета, и уже в коридоре прислонилась к стене, чувствуя, как дрожат руки. Я только что прошла собеседование у самого опасного человека в этой корпорации, и подписалась не просто на работу, а на игру, правила которой устанавливал он. Но я была готова. Меня не купить деньгами, не сломать его наглостью. Я пришла доказывать, что я – лучшая, и если ему это не нравится – пусть увольняет. Но что-то в глубине души подсказывало: он не уволит. Он будет дразнить, испытывать, приближаться. И это по-настоящему страшно. Но именно поэтому я хотела здесь остаться.

На выходе из офиса я встретила папу – он ждал меня в вестибюле, держа в руках ключи от служебной машины.

– Ну что, дочка? – спросил он с надеждой. – Взял?

– Да, пап. Взял. Но он, кажется, хочет не только мои мозги.

Папа нахмурился, но я успокоила его:

– Не волнуйся, я ему покажу, где раки зимуют. Он ещё пожалеет, что пригласил меня.

Отец улыбнулся, обнял меня, и я на мгновение поверила, что всё будет просто. Но когда мы вышли на улицу, я оглянулась на небоскрёб и увидела в окне на самом верхнем этаже его силуэт. Роман Сергеевич стоял у панорамного стекла и смотрел вниз – прямо на меня. Он даже не пытался скрыть, что наблюдает. И тогда я поняла: эта работа будет не просто стартом моей карьеры. Это будет битва. И я не имела права проиграть.

Глава 1

В девять утра я стояла у дверей «Гордеев-холдинг» с трудовым договором в сумке и чувствовала, как внутри всё сжимается от предвкушения. Вчерашнее собеседование до сих пор отдавалось в кончиках пальцев — его рукопожатие, его дыхание на моей шее, его насмешливый голос, обещавший, что «будет интересно». Я дала себе слово: никакой игры. Я здесь, чтобы работать, зарабатывать деньги и строить карьеру. А он — всего лишь босс, пусть и с внешностью греческого бога, сошедшего с подиума.

Лифт поднял меня на седьмой этаж, где располагался юридический отдел. Встретила меня секретарша Наташа — женщина лет сорока с уставшим лицом и тонной лака на волосах. Она окинула меня взглядом с головы до ног, задержавшись на моей блузке (той самой, лёгкой, потому что в Москве стояла невыносимая жара), и скривилась.

— Так, значит, ты та самая новенькая, которую Роман Сергеевич взял без рекомендаций, — сказала она с лёгким презрением. — Ну-ну. Твой кабинет — четыреста седьмой, прямо напротив его. Стеклянный. Он будет видеть каждое твоё движение.

Я улыбнулась самой милой улыбкой, на которую была способна.

— Прекрасно. Значит, я тоже буду видеть каждое его движение. Взаимность — залог здоровых отношений.