— Ты все еще выглядишь ужасно. Я думала, прошлая ночь — это дурной сон. — Ее взгляд останавливается на пустом пакете из-под крови на кухонном полу, и я вижу, как к ней возвращается память. — Ты… — Она смотрит на меня, разинув рот.

— Послушай, — не желая терять ни секунды, умоляю я ее, — тебе нужно найти Луну и достать для меня еще крови.

— Крови? Луну? — С лица Селин сходит все краски.

Время на исходе, и у меня нет возможности все ей подробно объяснить. Мне нужно больше крови как можно скорее, чтобы завершить исцеление, и тогда я смогу все доходчиво рассказать.

— Селин, пожалуйста. — Еще одна судорога сотрясает мое тело, пока яд медленно разъедает меня изнутри. — Я знаю, что должен тебе многое объяснить, и я обещаю, что сделаю это. Но прямо сейчас мне нужна кровь. Мое тело не заживает, как должно, и пакета с прошлой ночи было недостаточно.

— Завьер… что вообще происходит? — недоверчиво спрашивает она. — Ты пьешь кровь, как нечто само собой разумеющееся, и просишь меня принести еще? Не говоря уже о том, что ты явился прошлой ночью с видом человека, стоящего одной ногой в могиле. — Ее голос становится все выше, и я продолжаю держать ее руку, даже когда она пытается вырваться. — Никто не должен был выжить после таких ран.

— Я знаю. Знаю. — Я морщусь от боли, когда поднимаю руку, потому это движение тревожит рану на животе. — Я обещаю, ты получишь свои ответы, но, сначала, пожалуйста, найди Луну и попроси у нее крови. Скажи, что тебя послал я, и постарайся быть как можно менее заметной.

— Луну? Ту самую Луну из Бин Хайв? Ту Луну? — После моего кивка она бледнеет. — Она тоже в курсе всей этой… чертовщины? Это что, какой-то странный культ вампиризма? — Я бросаю на нее взгляд, и она смиренно вздыхает. — Ладно. Я поговорю с ней.

Несмотря на явное раздражение, она помогает мне забраться на диван.

— Боже, как же блять больно! — хнычу я.

Селин проверяет мои раны и, запеленав меня на диване как мумию, удовлетворенно кивает.

— Хорошо, — бормочет она себе под нос и, быстро одевшись, берет ключи. — Ты оставайся здесь, а я скоро вернусь. — Действуя, как будто в тумане, она бросает напоследок: — Но ты мне все объяснишь, Завьер. — Селин грозит мне пальцем, полагая, видимо, что так она выглядит угрожающе. — Тебе этого не избежать.

— Я никуда не денусь, лапуля. — Моя шутка не находит отклика, и Селин уходит, не сказав ни слова.

Сзади, с диванного подлокотника доносится тихое мяуканье, за которым следует легкое прикосновение шерстки ко лбу. Миднайт проводит лапкой по пряди моих волос, словно сообщая мне, что рад моей компании.

— Привет, приятель. — В ответ он мурлычет. — Будем надеяться, что я только что не спугнул твою мамочку.

Глава двадцать пятая

— Луна!

Я врываюсь в Бин Хайв без тени той грации и скрытности, о которых просил меня Завьер. Та самая женщина за стойкой замирает, когда я окликаю ее. Должно быть, она чувствует мою панику, потому что извиняется перед посетителем, передает кружку, что только что держала, другому сотруднику и бросается ко мне.

Светлые волосы Луны развеваются за спиной, а, когда она останавливается передо мной, меня накрывает облако ее нежного парфюма.

— Селин, что-то случилось? — Она хмурится, и я, оглядевшись по сторонам, замечаю, что все посетители уставились на меня после моей вспышки гнева. — Что-то с работой?

— Вообще-то, у меня сейчас отпуск, но он только что закончился самым неудачным образом. Пойдем, — шиплю я и, схватив ее за руку, тащу в кладовку за баром.

— Что происходит? Ты меня пугаешь. — Она скрещивает руки на груди и умоляюще смотрит мне в глаза.

— Я пугаю тебя? — Ее комментарий кажется мне забавным после всего произошедшего. — Прямо у меня на глазах мужчина истек кровью, почти до смерти, замечу, а теперь отправил меня сюда с просьбой о крови. Чтобы пить. — Последние два слова звучат едва слышно.

Глаза Луны становятся огромными, как блюдца.

— Завьер? С ним все в порядке?

— Откуда ты знаешь?

— Ох, детка, он от тебя без ума. О ком еще могла идти речь? — Она уже роется в холодильнике, скрытом за полкой с сиропами и кофейными чашками. — В какую же передрягу он влип на этот раз? Если он послал тебя сюда, значит дело серьезное. Господи, лучше бы ему выкарабкаться, иначе он, я уверена, будет преследовать нас в виде призрака.

Я возмущенно фыркаю от того, как непринужденно она себя ведет.

— Как ты можешь относиться к этому так спокойно? Я точно не могу! — Моя истерика потихоньку нарастает. — Вы с ним заодно? В каком-то долбаном культе, где пьют кровь? Завьер не дал мне никаких ответов.

Луна прекращает возиться и бросает на меня полный жалости взгляд.