— Как у тебя изо рта выходят вещи, одновременно странные и милые?

— Так можно мне взять его?

Черная молния проносится по полу, останавливается, затем снова бросается на шторы. Коротышка сам себе не помогает. На самом деле он очень милый кот, когда не настроен на разрушение, но, конечно, Кендра видит его именно с этой стороны.

Она делает глубокий вдох и качает головой.

— Раз Беннет не едет, не вижу причин отказывать. Я бы опасалась, что он может «потерять» твоего кота в дикой природе Аляски. Если Коротышка разорвет шторы в домике – или что-то еще, если уж на то пошло – ответственность на тебе. Просто имей в виду.

Это честный обмен, поэтому киваю.

— Эй, ты точно в порядке из-за прослушивания? — спрашивает Кендра. — Нормально не быть в порядке.

— Знаю, но я правда в порядке. Еще одна неудача в растущей куче отказов? — выдавливаю смех и снова падаю на диван. — Кроме того, не хотелось пропускать отдых, а теперь и не придется. Если мне не суждено быть актрисой, может, суждено стать плодовитой убийцей.

Чего не говорю, так это того, что у меня были сомнения и по этому поводу. Беннет блокировал мои убийства на каждом шагу на острове, но даже если бы он этого не делал, не уверена, что смогла бы довести дело до конца. Последнее, чего хочу, – чтобы Кендра думала, что я терплю неудачу буквально во всем, но это реально может произойти, если снова струшу.

— Эй, хватит грызть ногти, иди сюда и посмотри со мной образцы обоев, — говорит Кендра. — Мне скоро вылетать, и нужно забрать припасы, как только приземлюсь на Аляске.

— Ты вылетаешь пораньше?

Она кивает и поворачивает ко мне ноутбук.

— Я оставила Эзру на произвол судьбы на две недели и боюсь, что он всё испортил. Хочешь, сразу забронирую тебе рейс? Уступлю место у окна.

Впервые с момента получения того дерьмового письма улыбаюсь.

— Я бы очень этого хотела.

Могу волноваться о прослушиваниях и о том, что моя жизнь – полный бардак, когда вернусь из поездки. На следующей неделе у меня только две миссии: совершить свое первое убийство и поцеловать Маверика Истона.

Доктор Уитлоу отправил письмо меньше часа назад, но я всё еще чувствую растущее чувство срочност ...

Доктор Уитлоу отправил письмо меньше часа назад, но я всё еще чувствую растущее чувство срочности, когда мотоцикл набирает скорость. Он сказал, что она заговорила, но никогда не знаем, как долго продлятся периоды просветления.

Легкий холодок скользит сквозь рубашку и касается кожи, когда поворачиваю налево и срезаю путь по дороге, что идет вдоль пляжа. Южная Флорида – идеальное место, чтобы перезимовать и кататься на байке. Моя бедная девочка в последнее время слишком часто простаивала в гараже.

На двух колесах я пожираю открытую дорогу. Хотя многие зимуют здесь, большинству уже надоел пляж, поэтому движение свободное. Группа женщин оборачивается, чтобы посмотреть, и хихикает, когда проезжаю мимо с ревом. Если бы не был занят делом, я бы, наверное, остановился и прокатил одну из них.

Но мне нужно быть в другом месте, поэтому сворачиваю на главную дорогу, которая петляет через центр прибрежного городка. Моя цель находится впереди, спрятанная глубоко в оазисе из пальм, прудов с карпами кои и запаха антисептика, который портит иллюзию рая.

В летние месяцы магазины и рестораны на этой улице кипят жизнью. Отличное место для наблюдения за людьми, если любишь такое, но не сегодня. Кроме группы пожилых джентльменов, ковыляющих в маленькое кафе на ланч, тротуары пусты.

За главной улицей появляется вывеска «Убежище», но только если знаешь, куда смотреть. Несмотря на количество денег, которые эти люди выкачивают из своих клиентов, они позволили растениям поглотить входную вывеску. Филодендроны2 и растения Петра3 заполонили всё.

Когда сворачиваю на мощеную дорожку, меня начинает душить от чувств.

Дело не в том, что я не хочу ее навещать. Просто хотел бы, чтобы ей не приходилось здесь находиться.

Растительность расступается, и в поле зрения выстраиваются белые мраморные колонны. Если бы незнакомец случайно наткнулся на место, он бы подумал, что это особняк, спрятанный в крошечных джунглях. Директор проделал отличную работу, заставив это место выглядеть чем угодно, но не тем, чем оно является на самом деле.

На самом деле это дом, где люди угасают.

Полагаю, есть места и похуже для проведения последних лет. Персонал содержит всё в чистоте, а за жильцами хорошо ухаживают. Никто не жесток. Ну, медсестры, врачи и другой персонал – нет. А вот жильцы могут быть совсем другим зверьем.

Припарковав байк на месте в подземном гараже, направляюсь к лифту, который доставит меня внутрь учреждения. Дальше – проверка безопасности. Жильцы содержатся под замком для их же блага. Если бы не тщательно продуманные блюда ресторанного уровня, потрясающая территория и удобства, я бы назвал это тюрьмой.