Не то чтобы я его ненавижу, как все думают, просто за эти годы между нами много всего произошло... Переход в чикагскую команду, где он играет, – затея сомнительная, но мне во что бы то ни стало нужно было убраться из Сиэтла. Мы никогда не обсуждали это с глазу на глаз, но существовало негласное правило: жить в разных концах страны и не пересекаться.

Каковы шансы, что двое братьев, которые и росли-то не вместе, попадут в профессиональный спорт? Минимальные. Но мы научились держать дистанцию – почти уверен, что оба друг друга недолюбливаем, хотя и по разным причинам.

— Меня не впутывайте, — Деккер снова утыкается в книгу.

— Деккер в итоге сойдется с какой-нибудь милашкой, которую встретит на площадке для выгула собак, — Истон толкает его локтем и хохочет.

— Кстати об этом. Что за танцы вы устроили с сестрой на днях? — интересуется Хейс.

Я стискиваю челюсти. Поднимаю глаза и замечаю на лице Деккера улыбку с явным привкусом соперничества.

Пошел на хрен.

— А я думал, вы с Лейтон вступили в связь в том переулке? — ржет Истон.

— Вступили в связь? Тебе сколько лет, дед? — скептически качаю головой.

Истон пожимает плечами.

— Ну, вроде как теперь не особо вежливо говорить «трахались».

Даже Деккер косится на Истона, задаваясь вопросом: «Ты что, дебил?»

Тот примирительно поднимает ладони.

— Я, между прочим, джентльмен.

— И что, вежливо просишь девиц, которых приводишь домой: «Милая, не соблаговолишь ли ты опуститься на колени и поцеловать писюн?» — подначивает Хейс.

Мы все взрываемся смехом, даже Деккер хмыкает.

— Я к тому, что Лейтон теперь в другой лиге. Она в категории «потенциальная жена».

У нас разом поднимаются брови.

— Ты меня реально пугаешь, — я смотрю на него как на сумасшедшего.

— И раз уж он такое говорит, значит, дело действительно дрянь.

Деккер пытается подколоть меня, но я пропускаю выпады мимо ушей – нашими разборками и так сыт по горло.

— Я к тому, что обсуждать, как ты трахаешь Лейтон, теперь как-то не комильфо, — Истон пожимает плечами. — Она же твоя будущая жена.

Мы снова дружно хохочем.

— Господи, кто бы мог подумать? — подает голос Хейс.

Я подаюсь вперед.

— Тогда у меня вопрос. Ты что, серьезно веришь, будто после свадьбы «трахаться» внезапно превратится в «заниматься любовью»?

Истон качает головой.

— Я не собираюсь давать тебе мастер-класс по грязным словечкам, но имей в виду: я не стану донимать расспросами, хорошо ли ты отымел жену прошлой ночью. Это элементарно невежливо.

Мы с Хейсом переглядываемся.

— Лейтон было бы плевать, — заявляет тот. — В подробности вдаваться не стану, но будь уверен: на днях в клубе никакой «любовью» и не пахло. Мы именно что трахались, прижавшись к кирпичной стене в переулке.

Истон снова поднимает руки в защитном жесте.

— Если хочешь – ради бога, называй это как угодно, но я не буду.

— Весьма похвально, и я не собираюсь язвить по этому поводу. У нас с Лейтон полно ночей, когда близость – это совсем не про трах.

— Сентиментальный придурок, — бормочу я.

— Погоди, вот встретишь ту самую, тогда и поймешь, насколько все...

Истон тычет пальцем.

— Вот именно об этом я и толкую! Она – твой человек, единственная. И подобные разговоры звучат просто неуважительно.

— Мы поняли, проехали.

Мне неохота сидеть и выслушивать откровения об их интимной жизни. Я никогда не любил травить байки о тех, с кем сплю. К слову, об этом. Я достаю из кармана телефон и замечаю, что от Бекки ни ответа, ни привета на утреннее сообщение.

— Ладно, — произносит Истон. — Давай тогда обсудим, почему ты перестал снимать девчонок и завязал с клубами.

Хейс разворачивается ко мне. Деккер захлопывает книгу. Теперь на меня уставлены сразу три пары глаз.

— Вы что, статистику ведете? — я приподнимаю телефон. — За ту историю со Стеффи и Милли я извинился. И, может быть, наберу ей, когда вернемся в Чикаго.

— Просто это странно. Репутация-то, знаешь ли, идет впереди тебя, — не унимается Истон.

Думаю, он рассчитывал на меня. Раз уж Хейс теперь остепенился, а Деккер отродясь не клеил дам в клубах, Истон надеялся, что я стану напарником. Вот только напарники мне не нужны.

— У меня сегодня встреча, — бросаю я. Может, хоть это заставит их прикусить языки.

— С Беккой? — уточняет Хейс. — Она все еще на горизонте?

— Воу-воу-воу. У тебя появилась постоянная пассия? — Истон поднимает руки.

Хейс усмехается.

— Фостер у нас скорее из тех, у кого по женщине в каждом городе, — я награждаю его тяжелым взглядом, но тот лишь пожимает плечами. — Они же наши друзья. Все равно потом замучают расспросами, так что выкладывай.

— Сам начал, сам и просвещай, — я машу рукой, мол, валяй.

— Да я же сказал. У него в каждом городе есть по подружке, с которыми трахается, когда оказывается проездом. Так что сегодня Фостер не идет – будет развлекаться с Беккой из Сан-Диего.

Истон пялится на меня с неприкрытым любопытством.

— Серьезно? А в этом что-то есть. Почти гениально.